Книга Бессмертные, страница 94 – Илья Ангел

— Я тут это, прихватил кое-что. — Миша аккуратно мне положил под ноги отрубленную голову черноволосой, которая почему-то как ее товарки не превратилась в стаю огромных пауков, а осталась в своей второй ипостаси. Она точно была мертва, и это единственное, что меня успокоило в этой ситуации. Софья мужественно встала и отвернулась от этой пакости, не задавая вопросов, каким образом голова материализовалась у меня возле ног, а я лишь горестно вздохнул и закрыл голову от охраны.

— Рома, забери это куда-нибудь, пусть будет доказательством для того урода и трофеем, которым ты откупишься от отца. И да, я знаю, что потом нам нужно будет по этому поводу серьезно поговорить.

От автора:

Не забывайте ставить лайки и писать комментарии. Это положительно влияет на скорость выпуска прод и качество текста.

Не задавая лишних вопросов, счастливый княжич тут же скинул плащ и замотал в него свой жуткий трофей. Да уж, его психика действительно претерпела изменения. От робкого юноши не осталось и следа. Сейчас он больше походил на молодого хищника после удачной охоты, что спешит вернуться к родителям и похвастаться своей первой добычей.

Возглавляемые сгорающим от нетерпения Романом, обратно мы вернулись еще быстрее, чем шли до логова паучихи. Более того, даже в кабинет князя, невзирая на то, что там еще не закончилось собрание, мы прошли без всяческих проблем. Никто из охраны не решился останавливать юного княжича в таком настроении. Идти мы решили втроем. Как бы Софья себя не чувствовала, она действительно была прямым доказательством случившегося в подземных туннелях.

Распахнув настежь двери, первым, естественно, вошел Роман, следом мы. В помещении за круглым столом, которого раньше тут не было, находилось пять человек. Трое мне были совершенно незнакомы, но явно принадлежали к высокородным. Четвертым сидел видимый мной ранее представитель тайной канцелярии, а вот пятым я с удовольствием обнаружил секретаря, который, только увидев Софью, сразу же покрылся крупными каплями пота. В повисшей тишине князь встал со своего стула и сдвинул брови, пристально глядя на сына, который к удивлению многих не стушевался и, подойдя к секретарю, бросил перед ним свой завязанный узлом плащ с головой служительницы Арахны внутри.

— Надеюсь, это является доказательством того, что мне нужно безотлагательно переговорить со своим отцом? — тихо, ровно, но с явной угрозой в голосе, как и подобает княжичу, спросил он у этого борова, пока тот трясущимися пальцами развязывал узел.

В кабинете царила атмосфера такого напряжения, которую при желании можно было разрезать ножом. Еле слышное перешептывание охраны за дверью немного отвлекало, но судя по всему только меня. Не всегда усиленный слух, конечно, приносит пользу.

Наконец секретарь развязал узел и, заглянув внутрь, тут же отпрянул и побледнел. Как оказалось, высокомерия и пафоса перед человеком ниже его по социальной лестнице у него было гораздо больше, нежели самообладания. Отвернувшись от стола и побледнев лицом еще больше, примерно до состояния мела, он не сдержал рвотный позыв, причем в сторону князя, которому пришлось срочно сделать шаг назад из-за стола, чтобы не замараться.

Скептически осмотрев секретаря и поняв, что ему понадобится некоторое время, чтобы прийти в себя, князь сам подошел и, раскрыв плащ, заглянул внутрь. Побагровев от гнева, князь уже собирался что-то нам высказать, но тут он более детально увидел, в каком состоянии находится одежда княжича, и сравнялся в цвете лица с секретарем. К чести князя, он все это проделал молча, лишь цветом кожи и раздувающимися ноздрями показывая свое отношение к тому, что произошло.