Книга Имперский Провидец 3, страница 2 – Александр Майерс, Виктор Молотов

— Работа мастера. Дорогое удовольствие.

— Очень дорогое? — уточнил я.

— Безусловно. Невероятная мощь для таких размеров артефакта. Плетение, судя по всему, было очень сильно сжато и, судя по остаткам структур, тщательно скрыто.

— Так и есть, — сказал я.

— В таком случае, за стоимость этой броши можно было бы купить квартиру. Однокомнатную, — добавил Анатолий.

Учитывая московские цены, это всё равно о многом говорило… Волков должен мне немалую сумму, и дела в его роду идут весьма плачевно. Но вместо того, чтобы отдавать долг, как сказано в нашем договоре, он решил меня убить.

Ведь Светлана получила брошь именно от Владимира. Никто не срывал, что посылка пришла от него.

Что ж, барон Волков мне за это ответит.

В холле появился дворецкий и печально покачал головой, глядя на испорченный паркет и трещины на стёклах. Он не стал спрашивать, что здесь случилось — вполне возможно, что слышал мой разговор с Варварой Николаевной. Вместо этого дворецкий спросил:

— Кофе, ваше благородие? Или чего-нибудь другого бодрящего? Могу предложить имбирный лимонад.

— Неси лимонад, — согласился я. — И что-нибудь сладкое на закуску.

После того, как я потратил столько сил, при мысли о сладком желудок сжался, будто кулак. Я бы сейчас убил за шоколадный батончик или пирожное с кремом.

Пока ждали дворецкого, я узнал, что случилось с гвардейцем, который охранял Волкову. Оказывается, она вколола ему какой-то транквилизатор, который передали ей под видом лосьона. Побег был подготовлен — если бы бомба взорвалась, то никто бы не стал искать Светлану.

Дворецкий вернулся быстро. На подносе были запотевший кувшин с холодным лимонадом, хлеб, печенье, конфеты и несколько розеток с вареньями и джемами.

— Угощайтесь, — сказал я Дмитрию и Анатолию и первым приступил к еде.

И печенье, и джемы, и конфеты показались мне в сто раз вкуснее обычного. Уплетал их за обе щёки, ловя на себе слегка удивлённый взгляд Анатолия.

— Должен сказать, это было впечатляюще, Григорий Александрович, — сказал, наконец, он. — Честное слово, я думал, что настал мой последний миг. Где вы научились этому плетению?

— Родовое, — ответил я с набитым ртом, намазывая очередную печеньку абрикосовым повидлом.

— Скромничает, — усмехнулся Кретов, делая глоток лимонада. — У него потенциал почти что сотня. Должно быть, мой ученик — самый сильный провидец в мире на данный момент.

— Почти сто единиц? — брови Анатолия потерялись где-то на затылке. — Но… как это возможно? Сколько было у вашего отца?

— Меньше, — ответил я. — А почему так получилось, можете не спрашивать. Я сам не знаю.

— Барон, вас надо внимательно изучить…

— Даже не начинайте, Анатолий. По этой причине мы разругались с Конгрегацией, — твёрдо прервал я.

Археолог молча кивнул и не стал развивать эту тему.

Что касается того, почему наш родовой дар усилился после передачи мне…

Я успел утолить свой сахарный голод, когда вернулся Оскар:

— Гвардейцы поймали её у восточной границы. Скоро приведут.

— Хорошо, — сказал я и поднялся. — Господа, я прошу вас побыть свидетелями. Особенно вас, Анатолий. Вы же можете подтвердить, что брошь принадлежала Светлане Волковой?

— Я вижу следы чьей-то ауры. Явно женская, — ответил археолог. — Увидев вашу Светлану, точно смогу сказать, она это или нет.