Книга Бастард, страница 46 – Александр Майерс

Андрей уже ждёт меня. Как и было обещано, сквер окружён гвардейцами Жаровых, и они решительно отгоняют всех зевак. Попытка какого-то пятиклассника снять происходящее на телефон пресекается довольно жёстко.

Согласно дуэльному кодексу, я молча кланяюсь Андрею. Он делает то же самое, но его поклон скорее напоминает кивок.

— Я думал, ты не придёшь, — скалится Андрей при виде меня.

— С чего бы? Только рад как можно скорее пролить твою кровь.

— Господа! — рявкает Виктор. — Кодекс запрещает вам разговаривать. Если есть что сообщить друг другу — делайте это через нас с Николаем.

Жаров морщится, но ничего не отвечает. А я убеждаюсь, что выбрал верного секунданта.

Шпаги предоставляет Андрей, поэтому Виктор проверяет их с особой тщательностью. Просматривает буквально каждый миллиметр, пробует сгибать клинок, оценивает баланс, в итоге качает головой.

— Эта шпага не подходит. Металл уставший, может сломаться во время боя.

— Чушь! — восклицает Андрей.

— Предоставьте мне право решать, ваше сиятельство, — хмуро отвечает Виктор. — Мой дуэлянт не будет драться этим оружием. Один момент.

Мой секундант раскрывает кейс, который привёз с собой. Внутри оказываются две шпаги. Николай осматривает их и вопросительно смотрит на Жарова. Тот передёргивает плечами — мол, плевать.

— Нас устраивает это оружие, — говорит Николай. — Но мой дуэлянт будет драться своим.

— Нет проблем, — пожимает плечами Виктор.

Подходит ко мне, чтобы вручить шпагу, и еле слышно говорит:

— Клинок был подпилен. Очень искусно, почти незаметно.

— Почему вы не сказали об этом вслух?

— Я всего лишь наёмник, Александр. Обвинить в мошенничестве княжича — слишком рискованно. Если хотите, делайте это сами.

Несколько мгновений раздумываю и отрицательно мотаю головой. Это обвинение мне ничего не даст. Ронять честь Андрея прямо сейчас нет смысла.

Но в будущем это может пригодиться.

Протягиваю Виктору свой телефон.

— Сделайте фото клинка. Чтобы подпил было видно.

— Не вопрос. Когда начнётся поединок, чтобы никто не обратил внимания.

Секунданты отходят в сторону, проверяют документы, в том числе наши с Андреем разрешения от родителей. Затем составляют протокол встречи и подписывают его, а затем подносят на подпись Андрею и мне.

Кто бы мог подумать, что дуэль — это столько бюрократии.

Наконец, мы сбрасываем пиджаки, оставаясь в белых рубашках. Нас ставят друг напротив друга, и Виктор объявляет:

— Господа, вам известны условия дуэли, вы их подписали и одобрили. Я напоминаю, что честь обязывает вас не делать никаких движений до моей команды «начинайте». Точно так же вы должны немедленно остановиться по команде «стоп».

Я глубоко вдыхаю, ощущая, как прохладный утренний воздух наполняет мои легкие. Андрей стоит передо мной. Его лицо накрыто тенью деревьев, но я чувствую — его взгляд обжигает, как лава.

Мы оба знаем, что это не просто дуэль — это испытание, судьбоносный момент, в который вложены наши мечты и гордость. А с моей стороны — почти все деньги семьи.

— Господа, начинайте!

Мгновение между командой и началом боя кажется вечностью. А затем — время будто срывается с цепи.

Я первым наношу удар. Мимо. Андрей отвечает в ту же секунду. Едва успеваю отвести клинок. Сталь блестит у самых глаз.

Мое сердце колотится о рёбра, будто пытаясь сломать. Мир вокруг сужается до кончика шпаги противника. Звон клинков отдаётся мурашками по всему телу. Холод и пламя сплетаются внутри меня в беспощадную бурю.