Книга Аристократы улиц 2, страница 71 – Александр Майерс

С моей точки зрения, так оно и было. Так что снова никакой лжи, всего лишь небольшое преувеличение.

— Где дворянский отдел?

— Четвёртый этаж, — несмело отпуская меня, промямлил охранник. — Но рабочее время закончилось.

— Меня примут! — ответил я.

Как можно быстрее двинулся вперёд по коридору, хромая и кривясь от боли в подвёрнутой ноге.

Подниматься по лестнице не вариант. Где левитирующая платформа?

Нет её. Зато есть порталы!

Надо же. Порталы внутри зданий — такое даже в Москве редко встретишь.

Едва я приблизился к портальной арке, как в здание ворвались агенты Чёрного орла. Они, конечно же, меня увидели и бросились следом.

Выйдя на четвёртом этаже, я подумал лишь мгновение. А потом выхватил револьвер и точными выстрелами разнёс кристаллы на всех пяти находящихся здесь портальных арках.

Выстрелы громом прошлись по полупустым коридорам. Раздались крики, захлопали двери. Где-то запищал сигнальный артефакт.

Да уж, навёл я шороху.

Стоило ли оно того? Ведь если Чёрный орёл захочет, он всё равно аннулирует регистрацию мирного договора.

Остаётся лишь надеяться, что здесь, в столице, сделать им это будет сложнее.

— Тишина! — рявкнул я, убирая револьвер. — Дело государственной важности! Где дворянский отдел⁈

Сжавшийся в углу служащий несмело указал пальцем на дверь рядом с собой:

— Зд-десь.

— Ты этим занимаешься?

— Д-да…

— Отлично, вставай! Быстрее!

Я буквально силой затолкал тщедушного мужчину в кабинет. Запер дверь на замок и самым варварским образом обрушил стеллаж с документами, загромождая проход.

— Вот, смотри сюда, — я усадил канцеляриста за стол и раскрыл перед ним папку. — Мирный договор между родами Терновских и Бехтеевых. Вот копия, подписанная мной и ныне покойным графом Игорем Алексеевичем. Вот новый экземпляр, подписанный его наследником и тоже мной. Вот акт о регистрации в канцелярии Дальнегранска. Заверяй!

— А-а вы барон Терновский?

— Да. Быстрее! — проорал я, разжигая Взор.

— Хорошо, хорошо!

Чёрт возьми, что же я делаю? Похоже, что рою сам себе яму. Ведь орловцам даже стараться не придётся. Они скажут, что я ворвался в здание и силой заставил служащего подписать фиктивные бумаги.

Плевать всем будет, что бумаги на самом деле настоящие.

Хотя нет. Неправда. Если сейчас я получу официальную бумагу о регистрации договора в столичной канцелярии — даже Чёрному орлу придётся потрудиться, чтобы объявить её незаконной.

В коридоре послышались громкие шаги и крики.

— Резвее, — приказал я канцеляристу.

— Как могу, господин! — ответил тот, быстро чиркая ручкой по гербовой бумаге.

Через несколько мгновений дёрнулась дверь, а потом раздался вопль:

— Терновский! Ты что, под трибунал захотел⁈ Открой немедленно!

— Открою, когда закончат с моими документами! — ответил я.

— Они всё равно не будут иметь силы!

— Это мы ещё посмотрим.

— Твою мать! — дверь содрогнулась от нескольких мощных ударов. — Именем государства Российского, немедленно откройте! Это Чёрный орёл!

— Пиши, — спокойно сказал я бледному как смерть служащему.

— Мать-земля, убереги, — пробормотал он и продолжил составлять документ.

— Ломайте, что вы встали! — раздалось из-за двери.

Я на всякий случай отошёл на несколько шагов. Рука сама потянулась к револьверу, но доставать его я не стал. В конце концов, сражаться точно не входило в мои планы.