Книга Аристократы улиц 1, страница 25 – Александр Майерс

Им, конечно, было чем заняться, да и опасности никакой не предвиделось. Но с наступлением темноты меня всё равно охватила неясная тревога.

Как минимум я опасался появления нечисти. Упырь может захотеть вернуть себе облюбованное жилище.

Когда я приблизился к дому, выяснилось, что тревога была не напрасной.

— Эспер, наконец-то! — воскликнула Белослава.

Они с мамой сидели на крыльце дома, закутавшись в широкие платки. Сестра подскочила и побежала ко мне через заросший двор. Я обнял её и спросил:

— Что случилось? Почему вы сидите на улице?

Бела не успела ответить. Мать подняла на меня мрачный взгляд и строго спросила:

— Где ты был целый день, Эспер?

— Занимался делами.

— Какими, позволь узнать?

— Если без подробностей, то я получил работу и аванс. Завтра привезут материалы для починки крыши. Кстати, поздравляю, — я достал из внутреннего кармана сложенную гербовую бумагу. — Теперь мы носим фамилию Терновские.

— Ты выбрал фамилию, даже не спросив нас? — поморщилась мама. — Что, если она мне не нравится?

— Я глава семьи, и я принял решение. Что не так?

— Она злится, что ты бросил нас одних на целый день, — негромко сказала Белослава.

— Полагаю, вам было чем заняться в моё отсутствие. Я не просто так гулял по городу.

— И чем, по-твоему, нам надо было заниматься? Полоть эту заросшую поляну? — ядовито спросила мать, обводя ладонью полный репейника двор.

— Скорее, надо было вымыть дом и выбросить всё лишнее. На вашем месте я бы ещё прошёлся по окраинам и познакомился с соседями. Может, у кого-то из них есть ненужная мебель или утварь, которая нам пригодится.

— Ты издеваешься? — воскликнула мама. — Чтобы я ходила и выпрашивала у крестьянок кастрюли?

— Нам же надо как-то готовить еду. Или будем грызть сухую гречку? Я не понимаю тебя, мама.

— Очень жаль. Возможно, ты уже забыл, кто мы по праву рождения? Я не собираюсь унижаться перед чернью!

— Так не унижайся. Я сегодня не позволил оскорбить свою честь, хотя некоторые пытались.

— У тебя губа разбита — ахнула Белослава. — Я не сразу в темноте заметила.

— Пустяки, — отмахнулся я.

— Что ж, ты молодец, — скривилась мать. — Но ты бросил нас здесь, в этом… в этой… лачуге! Я вообще не понимаю, как можно здесь жить. Как я могу чувствовать себя в безопасности?

— Так, стоп! — строго сказал я. — Довольно. Я понимаю, ты ещё не свыклась с нашим положением…

— И никогда не свыкнусь!

— Позже обсудим. Белослава, ты можешь объяснить, что случилось? Почему вы сидите на крыльце?

— Кто-то забросал наш дом камнями, — сказала сестра. — Это недавно было, уже в темноте. Мы не разглядели, кто это. Какие-то мальчишки, судя по голосам.

Я молча кивнул. Догадывался, что это за «мальчишки». Им придётся ответить, особенно их главарю.

— Они выбили стёкла в комнате, где мы ночевали. А потом накидали внутрь навоз, и в другие комнаты тоже. Там теперь так воняет! — поморщилась Белослава. — Не знаю, как мы будем спать. Разве что в подвал спуститься, но там холодно и тоже воняет. Только плесенью.

— А где Добраныч? Он же мог поставить на окна барьер.

— Мы не смогли его докричаться. Днём он сказал, что собирается обследовать двор, и больше не появился. Думаешь, с ним могло что-то случиться?

— Может быть. Вы не пытались его найти?

— И как, по-твоему, нам ходить по этим зарослям? — пробормотала мама.