Книга Эхо войны, страница 50 – Руслан Михайлов

— Я же тебе говорил, Борис, — ухмыльнулся Бессадулин. — Парень четкий, лишнего не говорит, дело знает. Другого такого в городе нет. Можно сказать, козырной туз среди проводников.

— Чего ж он тогда не в твоей колоде? — буркнул Борис. — Раз такой особенный? Ладно… Свободен, Битум. Отдохни перед завтрашней дорогой.

Дверь мягко затворилась, а передо мной возник охранник и кивнул в противоположную от выхода сторону:

— Тебе туда, браток.

— Туда, значит, туда, — согласился я, шагая следом за конвоиром.

Привели меня в небольшую комнату с забранным решеткой окном. Внутри помещения аккуратно застеленная кровать, небольшой стол и табурет.

— Сегодня здесь ночуешь, — повторил слова Бессадулина охранник, указывая на кровать. — Хавчик принесут. Будет тебе и обед, и ужин. Туалет — слева по коридору, вторая дверь. Умыться можешь там же, вода в желтой бочке рядом с раковиной. Вопросы?

— Вопросов не имею, герр комендант, — буркнул я и зашел внутрь, оставив крепыша недоуменно хлопать глазами.

Дверь охранник прикрыл, но замок не щелкнул. И то хорошо.

Сбросив рюкзак на пол, я достал из него книгу и, развалившись на кровати, вновь погрузился в мир дуэлей на шпагах, интриг и роскошных красавиц с глубоким декольте и туго затянутыми корсетами.

Остаток дня пролетел незаметно и ознаменовался лишь двумя событиями: густой суп со специями на обед и кусок жареного мяса — с куском лепешки! — на ужин. Голодом морить меня точно не собирались. После столь сытного ужина накатила дрема, и я провалился в сон. Надо отдохнуть перед завтрашним днем…

В пулеметном гнезде, установленном поверх крытого кузова грузовика, с трудом помещался и один-то человек, а сейчас нас здесь было двое. Я и мрачного вида светловолосый парень примерно моего возраста, мерно оглядывающий проплывающие мимо окрестности. Он держал наготове планшет с крупномасштабной картой, то и дело оставляя на ней понятные только ему отметки при помощи красного карандаша со смешным овальным сечением.

Бронированный грузовик, несмотря на огромную массу, ходко шел посреди единственной автомобильной дороги, ведущей в город. Остальные, так и оставшиеся для меня чужаками русские сидели внутри машины, на установленных по бортам кузова лавках. Когда оказался внутри похожего на злобную тварь грузовика, я успел мельком осмотреться и увидеть наполняющие салон многочисленные ящики, приваренный к полу железный стол и кабину водителя — перегородки между кузовом и водительской частью отсутствовали.

Борис уселся рядом с водителем и предложил мне занять место по соседству, но я отказался — из-за установленных поверх лобового стекла бронированных пластин обзор никакой. Так я и очутился в пулеметном гнезде, прижатый к его краю плечом широкоплечего крепыша Виктора. Оставшиеся внутри кузова члены отряда сейчас могли в подробностях разглядеть нижние половины наших туловищ. Правда, меня это не волновало — я больше интересовался происходящим вокруг, как-то незаметно для самого себя приступив к обязанностям проводника.

В десяти метрах сзади пылила еще одна машина — капитально переделанный умельцами Бессадулина школьный американский автобус с остатками облезшей белой краски. Как мне пояснил мастер Палыч, автобус появился в городе еще до войны, в двухтысячных годах. Купленный по дешевке, он использовался для перевозки рабочих на завод.