Онлайн книга «Темноволие»
|
Вспышка. Выход… ** В реале меня ждал принтер с полным лотком отпечатанных листов. Прихватив их, добавив к ним кипу еще не прочтенного, я, преодолевая пелену усталости, отправился в спортзал, не встретив по пути никого. По Кире уже прямо заскучал. Увидеть бы ее, ткнуть ее парой родственно-язвительных реплик и гордо удалиться до получения карательного подзатыльника – вот это было бы прямо неплохо. Хотя это ведь можно сделать и по телефону… На ходу отыскав ее номер в ставшем совсем непривычном смартфоне, позвонил, выждал пять гудков и огорченно скривился – не отвечает. Скорей всего сеструха глубоко нырнула в Вальдиру и куда проще отыскать ее там, чем в реале. Хотя всегда ведь есть другой способ, верно? Подобрав правильные слова, я записал ей длиннющее голосовое сообщение, описав всю ту глубину радости, что охватила меня в ее отсутствие, о том, что я наделал в ее комнате, включая выпотрошенные плюшевые игрушки, пожелал ей подольше оставаться там, где она сейчас, заметил, что по ней почему-то никто в доме не скучает, а под конец признался, что собираюсь прямо сейчас вскрыть банку ее любимых по-особому маринованных овощей и сожрать все до последнего зубчика чеснока. Посчитав свой братский долг полностью выполненным, я водрузил свою помятую долгим лежанием тушку на беговую дорожку, поставил рядом с бумагами полуторалитровую бутылку чуть подсоленной воды, выбрал программу по нарастающей и зашагал по бесконечной ленте, не отрывая глаз от документов. Преодолев первый километр, я понял, что не ошибся в выборе – разогнавшаяся в артериях кровь «воткнула» в сонный мозг щедрую дозу кислорода и питательных веществ, вследствие чего я вновь обрел угасшую было остроту восприятия и внимания. Текст заиграл новыми красками, к тому же там начались первые события, что резко добавила интереса. Чонграций в очень живой манере описал их столкновение с полосатыми огромными пауками в темной роще и со скорбью упомянул, что от паучьего лапа пал его славный товарищ и надежный воин Рунпус Ржавый Щит. Ну да – танки погибают первыми, а стоявшие сзади пишут по ним слезливые эпитафии. Лучше бы искусственное дыхание ему делал, чем траурные строки писать! Что не добавило мне симпатий к сему летописцу, так это его насмешливое письменное ликование после того, как они случайно обнаружили безопасную тропку мимо паучьих гнездилищ буквально спустя несколько мгновение после гибели Рунпуса, чьи останки они влекли на плечах. Уже в следующей записи выяснилось, что тащить мертвое тело товарища им надоело и они прикопали его в какой-то серой грибнице, сказали пару скупых слов и двинулись дальше. Ру-у-нп-у-у-ус! Утерев слезу скорби, я продолжил чтение, в то время как беговая дорожка медленно набирала обороты. А вот чтиво оставалось ровным и описательным следующие три страницы, прежде чем они добрались до показавшегося им чем-то странным места. Тут опять зияли оставленные девушками пробелы, но в приписке сообщалось, что именно тут и был обнаружен вход в подземелье. В новой записи, на отдельно отведенной под нее странице, Чонграций ликовал. Он бурлил плещущими через край радостными эмоциями и описывал все так живо, что я буквально ощутил себя свидетелем их открытия, будто я сам стоял рядом с присевшим на камень летописцем, в то время как он вписывал в свой журнал эти строки. |