Онлайн книга «СВА-1»
|
Я уже потянулся пальцами к защелкнутому запору крышки, когда красноватая жижа на дне банки явственно шевельнулась и пошла медленными волнами. — Что за… В центре киселя образовался маленький бугорок, вырастающий с каждой секундой все выше. Одновременно с его ростом, тягучая жижа медленно оттягивалась от краев банки, собираясь к растущему холмику. Крышку открывать я резко передумал и поплотней прихлопнул ее ладонью, не отрывая глаз от происходящего внутри банки действа. Что я ощущал? Ну, представьте, чтобы вы ощутили, если бы прокисший кисель в вашем холодильнике внезапно ожил и попытался уползти. У меня происходило примерно то же самое. Только густая жижа не уползала, а наоборот — собиралась в кучу на дне банки. Причем настолько медленно и неуклюже, что начавшийся было у меня шок поутих, и я вновь вспомнил, как надо дышать. Но по-прежнему оставался в полной боевой готовности — то есть был готов мгновенно зашвырнуть банку как можно дальше и броситься бежать в противоположном направлении. Собравшаяся жижа превратилась в мягко покачивающийся столбик, формой больше всего напоминающий песочные часы. Нижняя часть укрупнилась еще больше, придавая конструкции устойчивость. А верхняя половинка «песочных часов» округлилась, немого расплющилась, став похожей на огромную таблетку… и на ее обращенной ко мне плоскости появились пара глаз с черными точками зрачков и большущий рот с грустно опущенными уголками губ. Короче говоря — из банки на меня пялился печальный красный смайлик, покачивающийся на тоненькой ложноножке. Страх Господень! — И-и-и-и… — тихонько выдал я, сквозь стекло глядя на мелкий кошмарик. Красный смайлик шевельнул ртом: — Г-р-р… — донеслось до меня из банки. Странный звук — нечто вроде печального горлового урчания. У него и голосовые связки есть? Хотя о чем это я — у меня их тоже нет, но я же говорю. В цифровом мире возможно все. Из-под псевдоголовы вытянулся тоненький жгутик и медленно потянулся ко мне, но наткнулся на стекло и бессильно замер. Зрелище было неимоверно печальным и трогательным одновременно. И почему-то напомнило мне знаменитую сцену из древнего фильма «Титаник», где главные герои прикладывают ладони к стеклу двери. В противовес романтическому «Титанику» в голове всплыло воспоминание о еще одном кино, как нельзя лучше соответствующем ситуации. Я вспомнил об очень старом фильме ужасов, с довольно внушительными спецэффектами для своего времени — так в том фильме вот такой же вот «веселый» сгусток натворил таких дел… много там народу померло… Но смайлик выглядел так печально, что мое сердце дрогнуло. — Так… — пробормотал я, силясь придумать хоть что-нибудь умное. — Так… Ладно! Слушай сюда, ужас моего подсознания — из-за тебя у меня теперь гарантированно будут ночные кошмары, но так уж и быть — я тебя отпущу! И ты быстренько уполз… утечешь в свою норку или еще куда. Куда хочешь, туда и утекай — только подальше от меня и чтобы никаких драк. А если потом кого-нибудь сожрешь — твое дело. Только никому не говори, что это я тебя отпустил. Ладушки? Сгусток-смайлик мои слова проигнорировал, продолжая вяло тыкать в стекло ложноножкой. Глубоко надеясь, что обуявшая мое сердце жалость не выйдет мне боком, я щелкнул металлическим запором и поднял стеклянную крышку. После чего быстро опустил банку на камень и поспешно отступил в сторону. Красный сгусток этот торжественный день открытых дверей не пропустил и обрадованно потянулся вверх — так медленно и неуклюже, что любая черепаха на его фоне казалась бы олимпийским чемпионом по спринту. |