Книга Пылающие Дюзы 3, страница 64 – Руслан Михайлов

Я пролежал так совсем недолго и уже собирался аккуратно подняться, когда ощутил легкий толчок и поспешно подскочил, чтобы выглянуть в космос.

Отлепившаяся от исполинского тела лайнера «прилипала» подрабатывала маневровыми двигателями, быстро отдаляясь на расстояние, безопасное для запуска основных движков. Я снимал отход курьера вплоть до того момента, как он «зажег» главные дюзы и рванул прочь, вскоре превратившись в мерцающую звездочку — в одну из тысяч. Вскоре потухла и она. Безымянный курьер растворился в бескрайнем космоса…

— Минус один, — пробормотал я. — Сколько всего кораблей еще придет и уйдет? И что потом они сделают с «Гранд Че»?

Чуть прихрамывая, я двинулся к двери, собираясь продолжить свое одиночное опасное путешествие по пустым коридорам исполинского лайнера.

Только сейчас я задумался над тем, почему я упал там у окна, не захотев, чтобы неизвестный в тяжелом скафе увидел меня. Я испугался? Нет. Не особо. Был, конечно, небольшой шанс, что на меня устроят охоту, но вряд ли — на мне грязный здешний комбинезон, они не знают о гроссе на борту, и поэтому я для них всего лишь глазеющий перепуганный работяга, затаившийся в технической комнатушке. Даже мой шлем выглядел вполне обычно, и оружием я в окно не тыкал.

А упал я не из страха за самого себя — я переживал за того крикливого злобного ублюдка, что засветил свою харю и тем самым потерял анонимность — пусть только теоретически, но все же. Как ни крути, а это был серьезный просчет для того, кто не должен был остаться на борту лайнера и сдохнуть, как те рядовые быки в черных комбезах. И за такой просчет его бы могли и пришлепнуть — опять же чисто теоретически. Так не будем же давать повода, да?

Пока я уверенно опирался на обе ноги, мне не встретилось никого, кроме злодеев. Но едва я превратился в подранка, опасающегося налегать на простреленную конечность, как на меня начали «сыпаться» выжившие жертвы нападения.

Сначала я едва не умер от разрыва сердца, когда из углового нагромождения железных столов и шкафов меня вдруг робко окликнул тонкий голосок. Могу поклясться, что я подпрыгнул довольно высоко и едва не разрядил в эту кучу мусора весь картридж. Но я сдержал палец на спуске и, вникнув наконец в оклик-вопрос, утвердительно кивнул. А спросили меня следующее: «Дядя… ты хороший?».

Я отодвинул всего один стол и обнаружил уходящую внутрь укрытия узкую щель. Через пару минут мне удалось выманить оттуда трясущихся девочек-близняшек в некогда белых и красивых платьицах. Девочкам было лет по восемь, но уверен я не был, да и не вглядывался — не до этого было. Одна из них хромала, другая не отпускала сестренку и упрямо отворачивалась, не давая увидеть ее лицо. Поняв, что толку не добьюсь, подхватил их на руки и поковылял прочь из разгромленного зала непонятного происхождения — но столов тут многовато.

Доставив детей в укрытие, я разгрузил болтающуюся под рюкзаком сумку — добавляющую немало тяжести, — от воды, галет и чипсов. Лея шепотом сообщила, что один из раненых умер и от него надо бы избавиться — он пугает детей до чертиков. Ну да… мертвое тело с прикрытым окровавленной футболкой лицом и взрослым будет действовать на нервы. Благо труп весил не так уж и много, а я… я, наверное, раз десять мысленно поблагодарил Леонардо, что своим сухим и нарочно неприятным голосом раз за разом заставлял меня подниматься и спускаться по стальным вертикальным лестницам с немалым грузом за спиной. Так что дело оказалось для меня не в новинку — разве что болтающиеся конечности мешали.