Книга Суровые земли, страница 126 – Руслан Михайлов

— Фиг тебе. — Рыжая вскинула голову, в ее глазах чертиками плясали слившиеся воедино радость и злость. — Так и знала! Давно поняла, когда твои новые друзья рассказали уйму интересного про твои словечки, оговорки, способы боевых действий и эту столь знакомую мне вялую нерешительность ушибленного хомяка.

— Но-но-но! Попрошу без оскорблений.

— А как еще назвать твою страсть к длительной подготовке? На плот глянь! Это же не плот! Это бревенчатый бронированный крейсер с орудиями и медотсеком! Блин… А я все гадала…

— Привет. — Кроу исподлобья взглянул на девушку. — Привет, Кроха. Я рад, что ты проснулась. А ведь врачи ничего не обещали….

— Хочу тебя обнять. — Рыжая сердито утерла левый глаз тыльной стороной ладони. — Пусти в гости.

— Извини. Частная собственность, — замотал головой гном. — Нельзя!

— Да я разок. Обниму чуток, может, даже поцелую. В щечку.

— Ну… Если только чуток и если только в щечку.

— Угу. Можно?

— Я должен подумать. Дай мне три дня. Хотя нет — мне нужна где-то неделя.

Рыжая шмыгнула носом, молча встала, перепрыгнула через забор и сразу же угодила в крепкие объятия Кроу. Так они и застыли обнявшись. Просто обнявшись, в полной неподвижности. И так простояли минут пять. А затем, утирающая слезы Лори пробубнила:

— Привет, Цап. Нас уделали, да? Совсем-совсем уделали.

— Ну, не совсем, — прошептал Кроу, бережно гладя девушку по волосам. — Не совсем. Ведь мы еще живы и скоро отрастим длинные когти и острые зубы.

— Было так больно, когда проснулась. Так больно. А тебя не было рядом!

— Прости, Кроха. Прости. Мне сказали, что шансов почти нет. А простое ожидание свело бы меня с ума. Поэтому я решил действовать. Но как же я рад, что ты проснулась. Сейчас тебе больно?

— Не-а. Сейчас нет.

— Ну и славно. Вальдира лечит. Угостишь меня квасом и жареным петухом?

— Нет. Дай дубину и десять гвоздей….

Витающий над обнявшейся парой ангел медленно таял в воздухе, с едва заметной хитринкой улыбаясь. А может быть, с некоторым удовлетворением — будто он приложил к случившемуся свою ангельскую руку. С легким хрустальным звоном ангел исчез, а в прудик опустились две яркие искорки, легшие под водой на лист водоросли и оказавшиеся маленькими золотыми икринками.

Глубокой ночью в гробнице было тихо…

Ну, почти тихо. Тихий шум доносился от разложенного поверх каменного пола толстого одеяла.

Правда, простая суровость чисто мужского шерстяного одеяла была довольно сильно разбавлена двумя большими и мягкими подушками, уложенными в рядок, а также тонкой простыней и крестьянским лоскутным покрывалом. Рядом потрескивал медный подсвечник с тремя восковыми свечами. Две пустые бутылки вина лежали поодаль.

Забросившая на Кроу руку и часть плеча Лори задумчиво цокала языком. Получалось у нее звонко и часто. Кроу не мешал, прекрасно зная, что рыжая амазонка сейчас все обдумывает. А заодно сердится: если бы не сердилась, то цокала бы языком не так часто.

Спустя минуты три девушка наконец завершила медитативное цоканье и пробурчала неохотно:

— Ну, шансы есть. Мизерные.

— Но есть.

— Но мизерные.

— Но все же есть. Большего нам и не надо.

— С моим приходом шансов стало больше, верно?

— Не-а. Только головной боли добавилось. Ты когда уходишь? С рассветом?

— И правда уйду, — пригрозила девушка.