Книга Суровые земли, страница 10 – Руслан Михайлов

С высоты донесся звенящий орлиный клекот.

Кто-то пожаловал в гости. Судя по успокаивающему направлению со стороны Альгоры и дороги, к ним направляется либо очередной караван, либо же гонец, почтальон или же обоз. Но что-то мирное.

А вообще надо срочно копить деньги на пару специальных артефактов. На связку «хозяин — питомец». При помощи этой связки можно будет легко увидеть то, что видит твой питомец. Осталось только накопить полста золотых — столько стоил самый плохонький подобный артефакт.

— Звяк, звяк, бряк, бряк — пропыхтел торопящийся гном, сокрушенно покачивая головой: там деньга и здесь деньга. Не осталось ни гроша…. Надо срочно продавать подковы! Не гихлов же грабить идти… уф…

Внутри башни было необычно оживленно. Слишком оживленно — обычно степенный и спокойный десятник быстро перекладывал стопки бумаг, вытаскивал из ящиков стола мешочки с монетами, укладывал их в седельную сумку, туда же забрасывал еще кое-какие вещи.

— Привет, Малой, — поприветствовал он гнома прижившимся прозвищем. — Все в трудах?

— Угу. Доброго дня. А вы это куда? — не стал скрывать интереса игрок.

— Отзывают в Альгору мой десяток. А сюда отправляют три десятка других стражей, во главе над ними поставят сотника Вурриуса. Плохо твое дело, Малой.

— Не понял…

Глубоко вздохнув, десятник яростно потер виски ладонями, забросил в сумку еще пару предметов, заглянул в глаза Кроу и начал говорить:

— Вурриус воин справный, честный, опытный. Ветеран. Во многих кампаниях боевых участие принимал, до тысячника дослужился. Ему уже следующее звание прочили, вот-вот на белого коня сесть должен был, и тут вдруг ни с того ни с сего вновь упал до десятника! Представляешь? С поста тысячника из северного столичного гарнизона рухнуть до положения вечно разъездного десятника, как я? Знать бы еще почему… слухов столько было, что словами не передать и на бумаге не описать — перо сотрется, а чернильница пересохнет и треснет. Правда, потом Вурриус опять поднялся до звания сотника, но к городам его с тех пор не приближают. Вечно он в разъездах, вечно колесит по пыльным дорогам и торит новые тропы. Но не это для тебя главное, а то, что гражданских он на дух не переносит. Защищает их, но не любит. И твердо считает, что в военные дела гражданскому лицу нос совать не след! Понял?

— Плохо дело, — не стал скрывать подступившего уныния гном. — Плохо…

— Еще как! Нет, я тоже не позволю в своем десятке гражданскому заправлять, тут уж без обид, Малой.

— Да что там…

— Но это если дело приказов касается, управления, наказания и других внутренних дел. А вот дрова принести, с работой по хозяйству помочь — такую помощь я завсегда с радостью приму и от души отблагодарю. Но это я. А Вурриус считает, что всеми делами должны заниматься сами стражи. По наряду. И что с посторонними лицами воинам разговаривать не след, ибо сие только вред несет. Поэтому вот тебе мой совет, Малой, совет как другу.

— Спасибо! — погрустнев, поблагодарил игрок. — Что другом назвали.

— А так и есть, — улыбнулся десятник, хлопнув гнома по плечу — Так и есть. Ну да встретимся еще. А мой совет выслушай: если есть какие дела незавершенные или просьбы невысказанные к стражам аль ко мне — решай и спрашивай сейчас. Вурриус прибудет через пару часов. В твои дела он лезть не станет, а вот со стражами болтать аль работы какие, с гарнизоном связанные, выполнять — не позволит. Разве что строителей стерпит, ибо их работу воины не осилят по незнанию. Но тебя будет гнать отовсюду нещадно. И не важно ему, что ты первый местный житель. Однако так скажу — случись плохое что, пожар или набег, — на помощь воины придут, как и прежде, тут Вурриус строг. Поэтому, дружище, присядь сейчас на камушек, обхвати головушку ладонями, обдумай все, припомни, а затем начинай бегать так, ровно у тебя пожар в желудке. Времени у тебя в обрез — чуть больше часа. Если надо что уладить — улаживай сейчас. Все, беги!