Онлайн книга «ПереКРЕСТок одиночества 4: Часть вторая»
|
Пятый совет — изучить решетку, отыскать в ней дверь и больше эту самую дверь не трогать. Даже близко к ней не подходить. Проход в решетке надо делать в другой стороне — выпиливать один или два прута целиком. При этом ни в коем случае ничего не сгибать, а вынимать целиком и при этом надо постараться все сделать так умно, чтобы тайный проход всегда можно было снова закрыть. Заранее следует позаботиться о клинышках, чтобы надежно зафиксировать выпиленный прут. Было бы лучше посадить прут на резьбу, но для этого инструментария нет. Шестое изречение Фили заставило глубоко задуматься вообще каждого, кто его услышал. А старик, отпив чуток уже заканчивающейся у нас самогонки, сказал просто и спокойно — без боя не давайся! Делай все, чтобы вырваться и уйти. Надо — убивай без малейших сомнений! Пистолеты тебе для этого и даны, а не чтобы стволом в затылке чесать. Я невольно задумался… серьезно задумался, глядя на лежащий рядом на шкуре парабеллум. Там ведь не ледяные ходоки. Там люди. Обычные люди. А если на меня навалятся перепуганные старики? Стрелять в них? Убивать? Отвечать я ничего не стал, просто дал понять, что услышал и запомнил. А на Филю глянул по-новому. Что ж… в каждом из нас закопана какая-нибудь порой темноватая тайна. И каждый может вдруг оказаться кладезем полезной специфической информации. Поблагодарив, я начал собираться и вскоре уже был на пути в тоннель, собираясь пробыть там подольше. Проползая по узком лазу в стене, я ненадолго замер, глядя как впереди и сбоку засияли внезапные зелено-синие всполохи. На этот раз ледяное пламя вырывалось обильно, облизывая и словно пытаясь опалить ледяные колонны в этом мрачном проходе. Когда пламя угасло, а воздух снова потемнел, я продолжил путь, радуясь, что обхожу все это стороной. Странно… мы ведь продолжаем отслеживать эту активность и сейчас как раз должна была быть пауза… Столп еще раз доказал свою непредсказуемость… Последний миллиметр прочного металла я перепилил уже на чистом упорстве. Сил не было, обмотанные тряпками ладони горели огнем, вода в термосе закончилась и приходилось плевать на шипящую пилку, но дело я сделал. И, не давая себе отдохнуть, быстро собрал грязной тряпкой опилки, в то время как выпиленный прут лежал рядом, а в решетке приглашающе зияла небольшая дыра, приглашая пролезть и отправиться изучать внешний коридор. Место для работы я выбрал у самой стены, с той стороны висело большое старое полотно, и проделанная дыра была совсем незаметной. Еще до того, как мне удалось собрать последние опилки, я уже знал, что отправлюсь на разведку прямо сейчас. По моим расчетам у них середина ночи и самый разгар работы ночной смены. В коридоре было тихо последние два часа и насколько я знал так тихо будет еще как минимум столько же… Отнеся все лишнее назад к тамбуру, я прошелся по каждому помещению, убеждаясь, что нигде не оставлено ничего лишнего, после чего направился в горячий душ и хорошенько вымылся. Переодевшись в свежую одежду, задумчиво постоял перед зеркалом, опять глядя в свое отражение. За эти дни я потерял несколько килограммов — я просто физически не мог съесть столько калорий, чтобы компенсировать затраты. В зеркале отражалось чисто выбритое багрово-белое лицо с синими прожилками выступивших на лбу и вокруг глаз сосудов, одно ухо белее другого, а довершают картину несколько ссадин и уже пожелтевших синяков. За своего мне не удастся сойти при всем желании — разве что за только что прибывшего тюремного сидельца. И поэтому мне лучше оставаться все той же зыбкой несуществующей тенью. |