Книга ПереКРЕСТок одиночества 4, страница 36 – Руслан Михайлов

Это нам и предстояло выяснить…

**

— Плохо… — тихо сказал я, поднимаясь с колена — Прямо плохо…

У моих ног лежало два человеческих черепа. Один был раздавлен, другой просто очищен от всей плоти. Там же нашлось несколько костей помельче. Особо и копать не пришлось — останки обнаружились невооруженным взглядом.

В пяти шагах от меня на снегу сидел Сергей Блат, глядя то, что когда-то было небольшой палаткой, а теперь превратилось в рваный саван. Внутри еще кости — я уже осмотрел их перед тем как перейти сюда. Фары замершего в нескольких метрах вездехода высветили каждый сантиметр площадки у отвесной снежной стены, являющейся срезанной частью холма. У самой стены, там, где намело трехметровые сугробы, я нашел еще немало старых костей, один издырявленный червями рюкзак и самодельную сумку в таком же состоянии. Вещи я отнес в вездеход и ими уже занимается оставшаяся в машине половина личного состава.

— Не нагибайся! — напомнил я и Сергей поспешно выпрямился, опять подставляя черному небу не свою согбенную спину, а защитный козырек рюкзака.

Старик вооружен обрезом и перед выходом из вездехода я заставил его раз двадцать отработать необходимые действия на тот случай, если его подхватит упавший сверху летающий змей и потащит в воздух. Сергей ворчал, показывал характер, напоминал, что я уже заставлял его это делать еще в Бункере перед выездом и вообще… но я настоял.

— Их убили у самых ворот! — крикнул он мне, перебарывая шум ветра — Зверье поработало! Не повезло так не повезло!

— Или их просто не пустили — возразил я, поворачиваясь к снежной стене.

Там ворота. Причем достаточно узкие и невысокие. Рассчитанные скорее на проход широких саней, а не для прохождения вездехода. Впрочем, протиснуться мы должны — если есть куда и если верить данным Замка.

Наверняка все погибшие пришли сюда очень давно. Я сужу не по голым костям — тут постарались черви, а при вечном серьезном минусе и не понять, когда случилась смерть. Тела могут десятилетиями пролежать почти нетронутыми, пока несущий колкий лед ветер медленно сдирает с мертвых лиц промерзшую плоть слой за слоем, пока не обнажается череп. И с телами случилось бы тоже самая, если б не защищающая их одежда. Видел я как-то документалку про кладбище Эвереста… Но тут хватает хищников и тот сплющенный череп наверняка раздавлен ползучим медведем.

И все это случилось давно. Я сужу исходя из логики.

— В машину! — скомандовал я и Сергей с готовностью подчинился.

Неся с собой негнущиеся от мороза куски вроде как верхней одежды, он поднялся на гусеницу и вошел в машину первый, а я следом за ним, держа оружие наготове. Не снимая меховую куртку, я стащил только рюкзак с плеч и заторопился в кабину, на ходу отвечая на вопросы стариков:

— Сколько там бедолаг-то поеденных?

— Я видел три черепа — ответил я, опускаясь в кресло и дергая за рычаг под консолью управления.

Вдавив педаль, заставил вездеход сдвинуться с места.

— Медведи? Черви?

— Не знаю — отозвался я, останавливая машину у границы подступивших к стене высоченных сугробов — Могли просто замерзнуть.

— Эх… А бункер?

— Да не знаем мы пока! — рявкнул не выдержавший Сергей, уже сидящий рядом с печкой — Филя! Дров подбрось едрить твою! Я обрывков с карманами натащил — может документы в них какие или еще что. А в рюкзаках что?