Книга Вальдира: Господство кланов. Судьба клана. Ярость богов, страница 140 – Руслан Михайлов

Вино оказалось разлито в пыльные бутылки из темного стекла без малейших признаков этикетки. Само наличие пыли вызвало у меня двойственное чувство. То ли сероватый налет это свидетельство хорошей выдержки вина. То ли вино настолько плохое, что его никто не хочет покупать, вот оно и пылится на складе.

— Хорошее ли хоть вино-то? – с подозрением осведомился я. – Кислятина, небось?

— Что вы! Сладкое, как поцелуй юной красотки! Позвольте осведомиться – никак в гости к кому-то пожаловали? К вдовушке Ларкриссе, а? – с намеком подмигнул лавочник. – Она еще хоть куда! Э-х-х!

— Э-э-э… нет, уважаемый торговец, – хмыкнул я. – В гости к своему старому другу. Джогли его имя. Слыхали о нем?

— Как не слыхать, господин, – всплеснул руками продавец. – Сколько лет бок о бок в этой деревушке прожили! Вот оно что… теперь понятно, зачем вам красное вино. Видать, и правда хорошим другом для вас он был, раз прошли столь долгий путь и не поскупились на вино. Для этого дела оно самое то будет.

— Простите… что значит «был»? И для какого такого дела «самое то» будет?

— Так для поминок же, – удивился торговец. – Сегодня утречком как раз старика Джогли и схоронили. Вечерком поминки будут, посидим, выпьем за упокой души его. Хороший он старикан был! Да, господин?

— Ага… – выдавил я из себя, дрожащими руками раскупоривая бутылку и присасываясь к горлышку.

Под ошеломленным взглядом лавочника я досуха осушил бутылку и, потянувшись к следующей, уточнил:

— Когда, говорите, схоронили? Сегодня утром?

— Ну да. Как положено – с первыми лучами рассвета. Да вы не печальтесь так! Хорошую жизнь он прожил, долгую! Чего уж теперь горевать. Или на похороны поспеть хотели? Понимаю… переживаете небось сейчас.

— Вы даже не представляете, насколько сильно, – согласился я, делая еще пару глотков вина.

Лавочник не соврал. Вино и правда было весьма неплохим. Откупорив третью бутылку, я протянул ее печальному вестнику и сорванным голосом просипел:

— Выпьем. Помянем усопшего.

— Эх… грех отказываться, – махнул рукой торговец, принимая вино. – За упокой души его!

— Угу, – булькнул я в бутылку.

— Оно, конечно, без слухов не обошлось, – наклонившись ко мне, поведал собутыльник. – Но наши кумушки чего только не болтают! Языками без устали мелют.

— Чего болтают? – без особого интереса спросил я. В моей голове царил настоящий хаос, полная путаница мыслей, и болтливый лавочник пришелся как нельзя кстати. Чтобы отвлечься от тяжелых раздумий, нет способа лучше, чем послушать охочего до болтовни человека.

Ну гадалка чертова! Чтоб тебя и твой шатер! И племянничка твоего двоюродного туда же!

— Болтают, говорю, – продолжил заговорщицки шептать торговец, перегнувшись через разделяющий нас прилавок. – Не своей смертью, мол, старичок умер-то! Никак, мол, помогли ему в мир иной перейти!

— Да что ты? – незаметно перешел я на «ты». – Так и говорят? А с чего взяли-то?

— А с того, что за день до смерти осматривал его проезжий лекарь-волшебник, который мою соседку от грыжи одним заклинанием излечил! И взял всего ничего! – с торжеством выпалил лавочник. – Сразу видно, что дело свое знает!

— Не понял, – признался я.

— А что тут непонятного-то, добрый человек?! – озлился на мою тупость собеседник. – Сын покойного батюшку очень уж любил, все за здоровье его переживал. Потому и не поскупился, пригласил лекаря к отцу. Тот, значит, старика осмотрел, ощупал, пару заклинаний произнес, чтобы внутрь ему заглянуть да проверить, как там сердечко бьется, да нет ли других бед каких. И говорит – не переживайте! Старость, оно, конечно, не радость, но здоровье отца вашего на диво хорошее! Проживет еще долгонько! С тем и уехал чародей. А на следующее утро старика в постели мертвым нашли! Преставился!