Книга Герои Озерного края, страница 61 – Руслан Михайлов

Награда: нет.

Я вздохнул и встал. Грусть и недовольство собой усилились. Я пошел по самому легкому пути. Наверняка Афросия можно было остановить другим способом. Уговорить, подкупить, открыть ему глаза, излечить от алчности и жажды выпивки. Отправить его послушником в какой-нибудь светлый храм… Но я предпочел купить кучу мощнейшей взрывчатки, посадить предателя сверху и поджечь фитиль. И это мой первый поступок как кланового лидера…

Но кажется мне, что вокруг все немного посветлело. Облака чуть разошлись? Или уровень угрозы спал?

Старая жрица Кикшу склонила голову в молчаливой благодарности и удивительно изящно скользнув по воздуху, без брызг вошла в воду. Помахали руками лохры и отправились следом за щуками. Помощники возвращались в Сокроземье. А я только что получил прибавку к уровню доброжелательности со всеми обитателями Сокроземья – которые в дальнейшем, если выживут, станут обычными мирными жителями Озерного Края.

— Подумай над моим предложением, Храбр – предложил я, спускаясь к катамарану – Не торопись. Но слишком долго не думай. Я срочно в «офф». Меня заждались. Но вечером вернусь. Буду рад получить от тебя весточку.

— Договорились – едва заметно улыбнулся Храбр – Проверим место крушения золушкиной кареты? Вдруг чего осталось?

— Проверим. Десять минут на обыск – и к колодцу света. Времени в обрез.

— А его всегда в обрез – фыркнул алхимик, усаживаясь и берясь за весло – Я помогу грести.

В принципе оно и не требовалось, но сам жест Храбра приятен и многообещающ. Пусть гребет…

Обрыщем «место крушения», дойдем до области с доступной телепортацией и разбежимся. Я в Альгору. В гостиницу поближе к королевскому дворцу. Сегодня вечером, когда вернусь, меня ждет вечеринка у короля. Да… неожиданная карьера для парня решившегося удалить старого персонажа только из желания подзаработать деньжат…

Сюрприз так сюрприз.

Я ожидал всего. Но никак не прибытия мамы.

Именно ее голос я и услышал, едва выбрался из пахнущего старым потом кокона.

Мама ругала отца. Серьезно так ругала. Ее голос я знаю досконально – как и каждый не обделенный родительской любовью и строгостью ребенок. А для нее я все еще ребенок. Парадокс. Отец начиная с моего семилетнего возраста считает меня взрослым мужчиной обязанным отвечать за свои поступки, а мама, даже сейчас, когда я давно вырос и покинул родительский кров, считает меня чересчур юным и неприспособленным для внешнего враждебного мира. Лучше бы они нашли золотую середину!

Я не мудрец, но и не дурак. Чувство самосохранения у меня развито отлично. Поэтому в коридор я выходить не стал, предпочтя заняться физическими упражнениями, начав с приседаний. Никогда еще приседания не были столь приятными – ведь за дверью серьезно так честили отца, а он смиренно молчал. Так я готов приседать вечно!

Мама разошлась не на шутку. Когда она начала успокаиваться, я уже выдохся окончательно, успев наприседаться, наоотжиматься, покрутить тазом, совершить много попыток сдвинуть стену, почесать затылок способом двоечника Михлевина из моего класса, сыграть на нижней губе пару северных печальных мотивов, построить себе гримасы в зеркале и заодно так аккуратно сложить недавно постиранную одежду, что, если Кира откроет стенной шкаф, ее ждет удар сокрушительной зависти к моим чудо способностям.