Книга Второй Великий Катаклизм, страница 102 – Руслан Михайлов

Первые минут двадцать вообще о делах не говорили. Вся принявшая участие в приключении компания бравых авантюристов устало шутила и делилась впечатлениями. Припомнили все и всем — даже мне. Не посмотрели, что я лидер. Кто и как шлепнулся, кто перепутал заклинания, кто умудрился врезать мечом или магией по союзнику, кто смешно тонул в соляном студне и жалобно звал на помощь. Друмбос показал неплохой дар актерства, в красках показав тонущего Дока тянущего руки и призывающего спасти светило медицины из крутого огуречного рассола.

Краски мира начали возвращаться…

Я взбодрился. Будто цифровой «нарисованный» кофе подействовал не хуже настоящего.

Сам не заметил, как включился в беседу не на машинальном почти пассивном уровне, а на равных со всеми. Сидя в своем углу, мы в голос ржали над шутками, спешно придумывая все новые и новые. Вскоре начали утирать слезы, на пол со звоном посыпались ложки и блюдца. Подошедшая хозяйка заведения принесла еще пирожных и два горячих кофейника. В кафе прибывало все больше игроков. Как одиночных так и клановых. Они садились поодиночке и вместе, делали заказ и развешивали уши, вслушиваясь в нашу громкую похвальбу.

Вспыхнул большой экран. Постарались не мы. Но магический телевизор был с общим доступом — каждый мог «бросить» в него видео или сделанный скриншот. Экран послушно показывал картинка за картинкой. И без того громкий хохот вышел по уровню шума на одну ступеньку со средним пассажирским аэропортом. И по вполне понятной причине — скриншоты и видео большей частью были не героического, а комического направления.

Плавающая в соляном студне задница Бома, он уже тонет, но упорно тянется к погружающемуся кувшину.

Споткнувшийся и упавший плашмя Док, наступающий ему на спину Друмбос.

Швыряющий огненный взрывной шар Храбр. Выражение перекошенного лица миролюбивого алхимика вполне можно назвать кровожадным. А грязевые разводы вполне тянут на боевую дикарскую раскраску.

Я. Вроде просто перешагиваю через скальный уступ, но при этом меня «поймали» в такой нелепой позе и с таким выражением лица, что от смеха слезы на глаза наворачиваются.

Атакующая стая крокозелов.

Тонущий я. Спасающий меня Храбр.

Тонущий Храбр. Наступающий ему на голову улыбающийся Друмбос. У него фишка такая что ли? На тонущих и лежащих наступать…

Застывшие моменты битв. Я выпускаю огненные шары, за моей спиной туманится терновая пуща. Бом с размаху рубит крокозела. Его спину прикрывает Друмбос. Док с искаженным лицом лечит Храбра. Госпожа Мизрелл наносит свой коронный удар хлыстом.

Затем видео. Несколько коротких нарезок. Бои — яркие и зрелищные, лучшие моменты. Комические ситуации. И даже драматические. Нашлись в последнем приключении и такие.

А вот чего не было — вернее кого — так это Лампы. Она не появилась ни в одном видео или скрине. Вернее, появилась, но косвенно — повсюду создаваемый ею свет, а часть отличных скриншотов и видео определенно были сделаны ею и переслано позднее одному из моих сокланов. Потому как на видео были все кроме нее. Не святой же дух видео записывал? — это, кстати, возможно. Из призраков Вальдиры получаются хорошие телеоператоры, как я слышал.

Лампа будто исчезла. Ее будто и не было с нами. Тотальная цензура. Даже в общих батальных сценах ее не обнаружилось. Не меньше двадцати игроков бросали по очереди скрины и видео в экран — это показывали бегущие рядом строчки. Но никто из них не послал изображение Лампы.