Книга Сердце Забытых Земель, страница 28 – Руслан Михайлов

Храбр выбрал себе дополнительное обычное целительное заклинание, а следом изучил еще два, причем оба крайне необычных. Первое называлось длинно: «Очистительный выдох боевого алхимика» и относилось к школе «Боевая алхимия Мрачного Деяния». Действовала магия предельно странно — если тебя, к примеру, кусала ядовитая тварь, то вместо того, чтобы пить антидот, ты просто активировал магию, брал любой пустой флакон, делал в него короткий сильный выдох и… исцелялся от яда, а бонусом получал заполненный ядом флакон. В примечаниях указывалось, что по легенде это заклинание было придумано специально для сборщиков змеиного яда, что «доили» небесных кобр и не желали терять даже капли драгоценной субстанции. Уже позднее магию доработали так, чтобы флакон с ядом превращался в метательное оружие, порождающее отравленное облако. На низшем ранге магия работала лишь с простенькими тварями, но Храбр, равно как и Док, пообещал, что доведет заклинание до высшего уровня. Второй свиток касался меткости в обращении с луками и арбалетами и был вполне стандартным — когда-то и у меня была точно такая же магия, не раз выручавшая в сложных погодных условиях.

Остальное опознать не удалось, включая некоторые зелья и мы разделили эту добычу поровну — не самой дележки ради, а чтобы в случае чего не потерять все сразу. Опасность подстерегала повсюду. И особенно сильно мы боялись умереть в полете — в буквальном смысле слова. Если кого-то оторвут от скалы и убьют в воздухе, то его посмертное серебристое облачко на месте не зависнет. Нет. Оно вместе со всем снаряжением и содержимым заплечного мешка полетит на дно пропасти — прямиком к жутким светящимися щупальцам. И ни за какие коврижки мы туда не полезем.

И это породило претензии от троих справедливых приключенцев к четвертому из их компании, не столь возможно гордому, но непреклонному и смело пославшего всех к чертям — и этим четвертым был Док, упрямо заявившим, что не собирается вкладывать в никчемные характеристики силы и ловкости больше ни единой драгоценной единицы. И добавил, что в этом волшебном мире для него существуют лишь характеристики интеллекта, мудрости, выносливости и здравого лекарского смысла. На наше требование пояснить что это за характеристика «здравого смысла» добрый Вайболит ответил настолько грубо и частично непечатно, что мы аж взбодрились, а после его ласкового велеречивого напоминания, что именно на нас лежит обязанность его защищать, а заодно лелеять, холить и переносить через все опасности на руках, мы прониклись настолько глубоким чувством вины и собственной ущербности, что громогласно поклялись впредь не пенять профессиональному доктору за его нежелание таскать на горбу тяжести.

Вот и поговорили… вот и распределили обязанности по справедливости…

Мы ишаки — а он академик.

Но ведь и не поспоришь — возьмись я считать сколько раз за последние дни Док оттащил нас от грани смерти, то и пальцев на руках и ногах не хватит. Поэтому мы предпочли сосредоточиться на избавлении от пусть ценного, но не обязательного имущества, в результате «полегчав» на тридцать с лишним килограммов барахла и вдобавок грамм так на триста пролитых горьких слез Бома.

Придя в себя, понимая, что мы уже изнемогаем от недосыпа и нас трясет от пережитых впечатлений, что чревато уже подступающим Затуханием, мы заставили себя выбраться из воды, встряхнуться и продолжить восхождение к главным ветвям, до которых осталось всего ничего…