Книга Маньяк Отмели, или Песочница для Короля, страница 76 – Руслан Михайлов

Засим попрощавшись, Люц покинул пляж и углубился в лабиринт улиц и переулков Яслей. Он уже не видел, как человек с лисьим лицом поспешно собрал в мешок несколько вещей из-под навеса, после чего помчался к дому Буона.

Люц шел в гости к Луону. Надо же помочь человеку выбраться из беды – ведь у него было хоть одно, но неоспоримое достоинство – он любил книги. Любил по-настоящему. Хотя его выбор меню на ужин просто ужасен, а пение отвратительно.

Через час Люц вернулся на пляж. Полуорк снова был спокоен и даже расслаблен, благостно щурился на солнце, медленно шагая к торгующему бамбуковыми клетками старику. Над Яслями больше не вздымалось ни дымка – последний очажок пламени Люц потушил самолично, сбив огонь с жухлой травы, чтобы он не перекинулся на растянутые между пальмами парусиновые гамаки. Многие игроки получили благодарность от «местных» за помощь в тушении пожара, стражники сновали по улицам как растревоженные гудящие шмели, останавливая каждого встречного и задавая опасные вопросы. Их интересовало время, когда полыхнул первый пожар – не видел ли кто кого-нибудь? Но Люц был безмятежен – он прекрасно умел выбирать нужный момент. И был уверен, что его не увидел никто – даже несущие дозор стражники на вершинах стенных сторожевых башен по периметру Яслей.

Где-то в центре квартала безутешно рыдал упавший на колени грузный седовласый мужчина Вопаймугнуций, смотрящий на залитое водой пепелище – все, что осталось от любимого флигелька с книгами и спрятанным в сундуке сокровищем. Вопаймугнуций влюбился в изображенную на перламутре красавицу с первого взгляда. Он мечтал найти девушку, но не знал откуда начать и долгие вечера проводил в полутемном флигеле, смотря на перламутровую миниатюру с прелестницей и запоем читая романтические книги.

Саму миниатюру Вопаймугнуций получил от пьяного Буона в уплату за навес. На следующий день старый рыбак опомнился, прибежал было обратно, но было поздно. И вспыхнула вражда… Да и сам влюбившийся квартальный пару раз подступал к Буону, пытался вызнать откуда у него появилась вещица, но рыбак сыпал лишь проклятьями и ничего добиться не удалось. И вот тогда обезумевший квартальный пошел на преступление – замаскировался под незнакомца с пышной черной бородой, опоил бедолагу Луона и вызнал у него место семейного тайника. Вопаймугнуцию были нужны не деньги – он жаждал найти вещи или документы связанные с перламутровой вещицей чудом попавшей в его руки и сведшей его с ума. Но в тайнике обнаружились лишь монеты. Бесполезные деньги. А теперь в огне пожара пропало вообще все…

В паре улиц от центра на коленях стоял еще один седовласый мужчина. Широкоплечий, с грубыми ладонями баюкающими почти пустую бутылку рома. Перед ним лежал пустой платок – в него еще недавно была завернута черная каменная шкатулка, внезапно пропавшая всего пару часов назад. Во время пожара, когда он, старый дурак Буон, не удержался от темного соблазна и побежал посмотреть, как горит дом недруга Вопаймугнуция. А когда вернулся, увидел распахнутую дверь в сарай и лежащий на пороге платок. Тайник обнаружили и опустошили – это стало ясно сразу, а увиденная в углу сарая глубокая яма подтвердила – здесь побывал вор. И вор умный, безошибочно и быстро нашедший нужный угол. И теперь Буон заливал горе крепким ромом, а его мысли крутились вокруг старшего сына, изгнанного давным-давно из отчего дома за большую оплошность – сын Луон растрепал слишком многое и их ограбили, а затем выставили посмешищем. Но Луон давно уж не переступал порог отчего дома, но их снова ограбили… Так может не стоило судить Луона слишком уж строго? Может зря он так плохо обошелся со старшим сыном?