Книга Пятая река, страница 37 – Наталия Фишер

Ася всегда подолгу задерживалась в районе ремесленников. Ей нравилось наблюдать за необычной трудной работой, рассматривать основательные деревянные дома, не похожие на зареченские избушки. Она бродила по кривым, стихийно возникшим улочкам, делившим Гостиный район на слободки по разным ремеслам. Чаще всего Ася останавливалась в гончарной слободе, откуда валил жар, а мужчины, мускулистые, потные и измазанные в саже, выходили подышать на свежий воздух. Сегодня же ноги сами понесли ее в кожевенную слободу.

Погрузившись в свои мысли, Ася не заметила, как оказалась среди домов сапожников и кожевников. Здесь царили тяжелые запахи: мертвечина и краска. Никогда раньше она не задерживалась здесь. Обычно кожевенная слобода становилась последней точкой ее передвижений, и девушка старалась побыстрее вернуться на Первореченский проспект, чтобы продолжить путь. Но в этот раз в голове билась назойливая мысль: «Где-то здесь живет Артур». Вот бы встретить его случайно, думала Ася, заглядывая в крошечные окна и озираясь по сторонам. Громкие звуки заставляли ее вздрагивать, а от доносящихся мужских голосов она и вовсе подпрыгивала.

Как следует отругав себя за глупость, Ася быстро зашагала в направлении транзитки через Третью реку. Здесь девушку тоже знали – и все же для приличия пошарили в карманах ее брюк. Обнаружив там только разрешение, ее пропустили дальше.

Каждый раз, попадая в Казанский район, Ася не могла перестать восхищаться. Двухэтажные дома, напоминавшие сказочные терема, с двух сторон обступали мостовую, устланную камнями и гранитными плитами. По словам бабушки, их сюда перенесли с одной из набережных. «И откуда она столько знает», – восхищалась Ася, будучи маленькой девочкой.

Вдоль рек в Заречье рос камыш, здесь же выстроили набережные, по которым вечерами гуляли только что поженившиеся парочки и семьи с детьми. А главным достоянием Казанского был одноименный Древний Храм с монументальными колоннами, уходящими к самому небу, и Дом Знаний с зеленым шарообразным куполом, изображающим планету. Эти постройки древнего мира смотрели друг на друга с разных сторон проспекта и словно о чем-то перешептывались. О чем-то известном лишь им двоим и недоступном людям.

Но ничто из красот Казанского района сегодня не радовало и не впечатляло Асю, как обычно. Мыслями она осталась там, в вонючей кожевенной слободе, где была хоть немного ближе к Артуру, пусть он даже не узнает об этой прогулке. Какая же глупость! Разве вообще возможно влюбиться в человека за такой короткий срок?

Никогда раньше Ася не влюблялась. Она была убеждена, что это чувство растет годами и полюбить можно только того, в ком полностью уверена. Всю жизнь ей было невыносимо думать, что папа куда-то исчез, а мама бросилась за ним. Любовь не должна быть такой безрассудной. Ей стоит быть выдержанной, выверенной и размеренной, а не пылкой и бездумной. Ася считала, что выйти замуж можно только за хорошего, работящего человека, которого знаешь с детства. Что в Асином случае сулило остаться незамужней. А теперь она влюбилась в своего ученика. В надменного Артура из другого района с игривой улыбкой и черными, как сама Тьма, глазами.

В выходной день улицы кишели людьми. Мимо пробегали стайки девчушек в платьях с искусными кружевными воротничками, вышагивали степенные дамы в нарядах с вышивкой и мужчины в летних костюмах. До Аси долетали отрывки разговоров – обсуждали музыку и выступление театра на площади в Дворцовом, рукописные опусы современников и классические издания давно почивших классиков прошлого. И никому не было дела до урожаев и дождей, как будто эти люди совершенно не зависели от работяг, что сейчас гнули спины в полях. И хотя Ася тянулась к высшему свету и даже сравнивала себя с этими дамами, пренебрежение родным районом, без которого Пятиречье не протянуло бы и года, ее раздражало.