Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 312 – Александр Майерс

Мысль пронеслась в голове, как молния. Светлана Западня, та провидица из деревни под Владивостоком, рассказывала о пришельцах и войне, расколовшей континенты.

Магия иных миров, принесённая на Землю. Вполне возможно, что пришельцы несли с собой и артефакты.

Могла ли статуэтка быть их творением?

Я резко развеял все формации. Хватит гадать.

Вышел из кабинета и быстро прошёл по коридорам усадьбы. Отыскал возле казарм Никиту, который вместе с Трояком наблюдал за тем, как дружинники тренируются в стрельбе из арбалетов.

— Воевода! — окликнул я его.

— Ваше благородие, — Добрынин повернулся и поклонился.

— Есть задание. Отправь пару человек в Романовку, и пусть возьмут с собой запасных лошадей. Нужно привезти сюда Светлану Западню.

— Провидицу? — Никита изогнул бровь. — Так точно. Но могу я узнать, зачем?

— Я обещал, что помогу ей. Время настало. А ещё — у неё есть нужная мне информация.

Воевода кивнул и отправился в казарму.

Я немного понаблюдал за тем, как занимаются солдаты, и побеседовал с Трояком. Развитие дружины шло рекордными темпами, и меня это более чем устраивало.

Но как бы там ни было, до нового начала войны осталось слишком мало времени. Надо было торопиться и усиливать род всеми возможными способами.

Поэтому я решил посмотреть, как идут дела в поселении. Заработок, что мы получим от молочной продукции, может сыграть не последнюю роль.

По моему опыту, золото выиграло не меньше войн, чем оружие. А то и больше.

Деньги… Они покупали лояльность, провизию, оружие, информацию. Выигрывали время. Иногда — целые битвы без единого выстрела.

Поэтому скотный двор был не менее важен, чем плац. Молочная продукция — скромный, но стабильный ручеёк в казну, который со временем должен был превратиться в реку.

Конь бодро ступал по утрамбованной земле, ведя меня к длинным, низким постройкам возле поселения на краю поместных земель. Воздух здесь был полон уютными сельскими запахами: сена, навоза, тёплого молока. Мычание коров, блеяние коз, смех бегающих по улицам детей — гулкий фон мирной жизни.

Осмотр показал, что всё в порядке. Животные были ухожены, стойла чистые, корма достаточно.

И тут я заметил у дальнего загона рыжую голову. Там был Артём, а рядом с ним сидела светловолосая девушка. От женщин, спасённых из Лисичкино, я слышал, что Артём во время битвы спас одну девицу. Вероятно, это она есть.

Я подъехал ближе. Оказалось, что Артём со своей подружкой склонились над трясущимся козлёнком. Он был совсем маленьким и белым, как облачко — если бы не красные пятна на боку. Кровь сочилась из раны, пачкая мягкую шёрстку.

Я собирался окликнуть их, но не успел. В груди будто что-то щёлкнуло — я ощутил, как тонкий, едва уловимый ручеёк энергии струился от Лады к дрожащему животному.

Не осознанное заклинание, нет. Это происходило инстинктивно, как дыхание. Её пальцы, нежно прикасаясь к шерсти вокруг раны, излучали слабое, тёплое сияние, невидимое для обычного глаза. Кровотечение замедлялось, края царапины будто подтягивались друг к другу.

Целительский дар! Интуитивный, но дар.

Я спешился и подошёл. Артём вздрогнул, увидев меня, и вскочил на ноги.

— Владимир Саныч! А мы тут козлёнку помогаем, — парень смущённо улыбнулся. — Из забора гвоздь торчал, а он напоролся, бедняга.