Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 284 – Александр Майерс

В зале ахнули. Зазвучали изумлённые шепотки. Признание? Полное и безоговорочное? Неужели граф готов пойти на это⁈

— Муратов всегда найдёт способ вывернуться, — пробормотал кто-то за спиной Базилевского.

Филипп Евгеньевич не сдержал усмешки. Они с Владимиром это предвидели — Муратов готов пожертвовать репутацией и отдать в казну впечатляющий налог. Ведь если дело будет закрыто, это даст ему возможность немедленно продолжить войну.

Восстановление мира и справедливости, как же. Банальное желание добить род Градовых, пока он не набрал силу!

Теперь, когда графиня Карцева объявила о выходе из альянса, это стало особенно актуально. Альянс потерял внушительную часть войск, лишился магов Воды, призывателей и сильных артефактов, которыми обладал род Карцевых. А Градовы продолжали крепчать — и Муратов хотел обрушиться на Владимира, пока его войска ещё не до конца готовы, а Очаг ослаблен.

Время играло против альянса. Недавно барон повысил уровень Очага до второго, а что касается солдат — их число постоянно росло. Не говоря уже о различных сюрпризах, которые готовит Владимир… Начиная от новейших уникальных артефактов и заканчивая огнестрельными войсками.

Универсальная армия, которой нет ни у кого в регионе. Пока что небольшая — но уже уникальная.

Малиновский нахмурил свои кустистые брови.

— Признание принимается к сведению, — пробурчал он, явно раздражённый тем, что его громкий процесс может лишиться части драмы. — Однако это не отменяет необходимости полноценного судебного разбирательства для установления всех обстоятельств и определения меры ответственности. Господин Базилевский? Ваша позиция?

Филипп Евгеньевич встал, поправляя пиджак. Он ощущал на себе десятки взглядов — любопытных, враждебных, оценивающих. Его голос прозвучал ровно, с холодным профессионализмом:

— Благодарю, ваша честь. Признание графа Муратова, безусловно, радует. Однако, как вы и сказали, оно никоим образом не отменяет необходимости тщательного расследования всех эпизодов, вменяемых в вину как самому графу Муратову, так и другим членам альянса. Также хочу напомнить уважаемому суду, что на днях графиня Карцева объявила о выходе из альянса.

По залу пробежали удивлённые шепотки. Похоже, ещё не все слышали о решении Эмилии Романовны.

Базилевский дождался, когда шепотки под сердитым взглядом судьи утихнут, и продолжил:

— Выход графини из альянса меняет суть дела. Кроме того, Эмилия Романовна предоставила материалы, которые необходимо прикрепить к делу, — юрист подал знак, и Артур поднёс Малиновскому толстую папку.

Аристарх Иванович чуть расширил глаза, глядя на количество документов. Там были свидетельства, спешно собранные Карцевой с собственных дружинников, копии приказов и других внутренних документов альянса, способные ещё сильнее склонить чашу весов на сторону Градовых.

— Также графиня изъявила желание лично свидетельствовать против графа Муратова и барона фон Берга, — добавил Базилевский.

— Сука, — раздалось откуда-то из-за спины.

Филипп Евгеньевич обернулся и не удивился, когда увидел на одном из задних рядов самого фон Берга. Тот заёрзал на месте, поняв, что в тишине все услышали его ругательство, и пробормотал:

— Прошу простить, дамы и господа, вырвалось.

— Держите себя в руках, Генрих Карлович, — строго сказал судья.