Книга Абсолютная Власть 2, страница 37 – Александр Майерс

То есть уже скоро я смогу не только создавать ледяные заклинания, но и призывать низших духов. Тех же элементалей воды, например.

Сегодня я не стал спускаться в Чертог. Благодаря утренней медитации наша связь с Очагом стала крепче, и восполнять через него энергию я мог и на расстоянии. Через время он сможет это делать, даже когда я буду снаружи усадьбы, а затем — во всём радиусе своего действия. А может, и во всём мире, кто знает…

Я устроился поудобнее, разложил перед собой коврик и сформировал защитную ауру. Положил в центр коврика череп монстра и, сосредоточившись, принялся вырезать на нём магограмму.

Символов потребовалось немало. Помимо базовых знаков призыва, подчинения и контроля я добавил кое-что от себя. Призванный через этот артефакт монстр будет даже сильнее и выносливее своих собратьев.

Я мог даже увеличить его размер, добавить магическую защиту… Да что угодно в разумных пределах. Однако к концу работы я начал чувствовать, как жалобно пульсирует Исток, разнося по магическим каналам дребезжащую боль. Рука с резцом начала подрагивать, и я понял, что пора остановиться.

Закончив последний символ, я сдул с черепа костяную пыль и немного помедитировал, восстанавливая силы.

Открыв глаза, я вставил в артефакт кристалл и призвал монстра.

Череп взлетел воздух, магограмма засветилась и подлетела в воздух. Вокруг черепа сформировалось тело твари, похожей на кабана с четырьмя мощными клыками. Шерсть у него была зелёной, а вдоль хребта росли короткие костяные шипы.

Тварь сердито хрюкнула, посмотрев на меня, и ударила копытом об пол.

— Даже не думай, — сказал я, вставая перед монстром во весь рост. — Ты подчиняешься мне и атакуешь только тех, кого я скажу.

Вепрь снова хрюкнул и наклонил голову, будто собираясь напасть. Но это была лишь проверка моей силы воли — с монстрами всегда так. Подчиняешь живого или его дух, без разницы. Они сопротивляются гораздо сильнее обычных животных.

— Лежать, — приказал я.

Вепрь громко вздохнул, раздув бока, и снова ударил копытом. Я не пошевелился, продолжая смотреть на него сверху вниз.

Агрессия монстра ощущалась физически. Это был безмолвный, но жестокий поединок взглядов. Если бы дрогнул хоть на секунду, если бы отвёл взгляд хоть на миллиметр, вепрь тотчас бы бросился на меня.

Но я не дал слабину даже на долю мгновения.

— Лежать. Ты теперь мой.

Монстр первым опустил глаза, повиновался и лёг. Я сел перед ним на корточки и почесал за ухом. Щетина была жёсткой, как проволока, и никакого удовольствия от ласки кабан явно не испытал.

Впрочем, я тоже. Надо было просто обозначить, что я могу не только приказывать, но и прикасаться к нему, когда захочу.

— Молодец, — я похлопал вепря по голове. — Скоро для тебя найдётся работа. Ты знатно повеселишься.

Отозвав монстра, я поставил череп на прикроватный столик и лёг спать. В полночь мне предстояла встреча с графом Соболевым — надо было отдохнуть перед тем, как отправляться в дорогу.

Луна висела над Васильевским озером, как тусклая серебряная монета. Мы с Ночником и Секачом подъехали к условленному месту. Озеро чернело впереди — его поверхность была неподвижной и гладкой, как стекло.

Я натянул поводья, заставляя коня замедлить шаг. У самого берега стоял всадник на вороном жеребце. Он был один. Пространство вокруг было открытым, засаду вряд ли можно было устроить. Враждебной магии я тоже не чувствовал.