Онлайн книга «Инфер 11»
|
— Ну… да… вот он и уговорил — она указала глазами в угол — С… с-с… — Да-да? — С-сука! В жопу его! Дерьмо! Я одобряюще усмехнулся: — Уже лучше. — Благодарю. Ты хороший учитель. Там внизу я от тебя услышала немало ругательств и пожеланий врагам осуществить с помощью… хера кита и собственных задний такое… — Что даже опытная Шейна еще не пробовала? Несколько секунд мы поверх стойки молча пялились друг на друга, а затем зашлись в долгом приступе хохота. Когда мы наконец затихли, а я со звяканьем стекла налил нам еще по одной, из угла послышалось очень угрюмое: — Суки вы… ой… простите, госпожа… — И давно очнулась? — поинтересовался я. — Не так давно. И еще полежу… ладно? — Да валяйся, хотя это против правил заведения. — Хорошо… Она затихла, а неугомонная и удивительно неплохо держащая удар алкоголя Сусана напомнила о других моих словах: — Ты сказал, что золотой век Церры подходит к концу. — Пояснить что такое золотой век? — Это я знаю. И по словам мудрых учителей и наставников мы только-только входим в этот период нашей жизни. Впереди славные десятилетия и возможно даже столетия… — Ваш золотой век позади. По моим прикидкам у вас не больше трех-семи лет относительно мирной и спокойной жизни. — Но почему ты так решил? — Империи рушатся… — Но почему сейчас? — Я здесь недавно. — Вот именно! — Но мгновенно вляпался в разбросанное повсюду дерьмо заговоров малых и больших. Заговорщики всех мастей процветают, прибывающие с побережья чужаки мутят воду, а им это позволяют… — Ты это о себе? — Я? Нет. Мне плевать на Церру. Я задержался здесь только из-за этого места — похлопав ладонью по стойке, я продолжил — Бывают, что империи рушатся из-за внешних обстоятельств. Нападение сильного врага, эпидемии, катаклизмы… всякое происходит в этом дерьмовом мире. Вот только изначально империя сжирается, выжигается и расшатывается изнутри казнокрадами, коррупцией и некомпетентностью, в итоге теряя стойкость к ударам, превращаясь в колосса на глиняных ногах… и вот тогда любой толчок приводит к катастрофе и полному коллапсу. Вы — на грани этого. Церра уже выжрана изнутри. Как не мерзко мне самому это говорить, но не будь у вас Седьмицы… вы бы уже давно канули в лету. На твоей родине заживо сжигают детей и никто не ищет виноватых; отслужившие свое телохранители и ветераны выброшены на помойку и всем на них плевать; на ночных каналах устраивают резню и опять же никто ничего не замечает; залетные науськанные грабители легко нападают на корабельные конвои, зная, что им это сойдет с рук; золотая тупая молодежь теряет терпение и начинает плести подлые заговоры, подставляя своих же, предавая род… и даже не задумывается о верности и принципах, а под водой, там, где обитают флеборры, медленно теряют запас прочности никем не укрепляемые древние здания, служащие фундаментом Церры… — Ты… ты говоришь страшные вещи… — Всегда есть враг кому это все на руку. Всегда есть враг, кто наблюдает, жадно ловит любые проявления слабости… и когда убеждается, что рычащий хищник не столь уж страшен… враг начинает вести себя нагло. Например, чувствуя волю, спокойно вплывает на вашу территорию на боевом корабле, зная, что никто не будет стрелять и никто не завернет его прочь предупредительным выстрелом орудия. Напротив — его, нагло явившегося с оружием и боевым отрядом, встретят с почестями, угостят лучшими яствами… |