Книга В погоне за Смертью, страница 54 – Кирилл Архангельский

— Эй! А ну живо прочь с дороги! Зашибу! – попытался гневно крикнуть мужик, но в его голосе, я явно чувствовал нотки страха.

И не мудрено – мужик производил впечатление простого торговца, и раз он ехал с того же направления, что и мы, то, наверняка, повстречался с отрядом Вольфганга. И тот скорее всего его предупредил о разбойниках. Конечно, командир мог этого не сделать, для того чтобы не отпугнуть потенциального торговца с грузом, который, возможно, так нужен крепости. Да и чтобы получше понять на каком участке дороги орудуют бандиты, пропустить этого торгаша вперёд и посмотреть доедет он или нет, тоже неплохо.

Но, как я и говорил ранее – Вольфганг произвёл на меня впечатление человека чести. Такого, кто точно не будет использовать мирняк в своих корыстных или не очень целях. Далеко не всеми рыцарями принимается концепция меньшего зла.

Я же, ещё будучи не до конца уверенным, что происходит, в ответ на “приветствие” вытащил из ножен Киту, и на всякий случай встал в боевую стойку. Несмотря на то, что сейчас ярко светило солнце, так что его лучи пробивались даже через небольшую крону деревьев, что всё же прикрывала дорогу, на клинке моего меча не отразилось ни одного блика. Чёрный меч жадно пожирал любой свет.

“Торговец” занервничал ещё больше. И не мудрено – мой рост, крепость тела, цвет меча, и что самое страшное – цвет кожи, явно говорили ему, что я не простой путник. Последнее, что ты хочешь увидеть, когда тебя предупредили о грабящих караваны разбойниках на дороге, это харца стоящего на этой самой дороге.

Не то чтобы все харцы были отъявленными разбойниками или грабителями, отнюдь. Но протяжённые Харцские горы, на востоке от Немерии, были не самым удобным место для жизни, и это, мягко говоря. Так что разбой был одним из основных видов деятельности среди горных кланов этого народа.

Как для аристократа, а тем более Примохе́нито (первый наследник) своей династии мне нужно было знать больше, чем устоявшийся в народе шаблон. Ведь, для будущего военачальника и дипломата, жизненно важно понимать, кто его союзники или враги. Да и на учителей, будем честны, Родриго не скупился. По крайней мере до определённого времени.

Так что мне было прекрасно известно, что пугающие нынче простого холопа харцы были когда-то обычным равнинным народов, которых волею судеб и в результате проигранных войн загнали в горы. Так что, становиться горцами был не их осознанный выбор. Что в целом и логично: жизнь в горах тяжёлая и опасная. Мало еды, воды, сложная местность и прочее, прочее.

Это место изгнания для тех, кто проиграл своё будущее.

Так что, в определённой степени, они вызывали у меня больше понимания, нежели простые разбойники: ведь харцы выросли в условиях, где грабёж — это часть культуры, хоть первопричиной которой и стала нужда, а не выбор. Что, впрочем, не мешало им гордиться этим, и выдавать свою разбойничью культуру за воинскую. Ведь быть воином намного почётнее, чем просто разбойником, не правда ли?

Так что для торговца встреча со мной не предвещала ничего кроме беды. И это даже было не далеко от истины, если, конечно, мне не понравятся его ответы.

— Прочь с дороги!! – нервно, почти истерично крикнул мужичок.

Он начинал всё глубже осознавать во что он сейчас возможно вляпался.