Книга Город с запахом шоколада, страница 51 – Кейт Андерсенн

— Они там все такие.

Виадрус вытащил на льдину хвост, ударил по шуге, любуясь, как летят мелкие льдинки в свете догорающего фонаря на мосту.

— Тебе еще не самая плохая досталась. Болеют, каждый второй. Депрессиями там, биполярными расстройствами…

Это что-то знакомое.

— Она упоминала, — кивнул Варт и потянулся к листку, который ветерком свеяло с моста прямо ему под сапоги. — Как такие болезни лечатся?

Виадрус пожал плечами.

— Жизнью, простой жизнью. Они все усложняют несусветно на пустом месте.

— Ох, как это верно…

Листок был на немецком, что-то вроде стишка:

'Рабочий!

Ты работаешь двенадцать часов без выходных. Тебе платят за десять.

Почему? Потому что ты один. Поговори с соседом.

После смены в «Черном якоре» тебя ждут товарищи!'

— Что за хрень? — вытянул шею Виадрус, подгребая на своей льдине поближе.

— Хрень?..

Этот тоже сыплет незнакомыми словами.

— А, так в мире твоей Марии говорят про всякую нелепую чепуху, — и тянет свою кожистую лапу с перепонками за листком.

— Ну, правда чепуха… Хорошо, что вообще платят. И Мария — не моя!

— Ой, — сощурился бог, — ты мне очки не втирай, ладно? В смысле, лапшу на уши не вешай, сказок не рассказывай. Я вас друг другу предопределил. «Поговори с соседом».. А, агитаторы!

— Это которые «брожение умов»?

— А ты, я смотрю, втягиваешься! — довольно оскалился Виадрус. И… сжевал листочек, аки козел. — Не храни листовки — заметут.

Варт даже простирать руку в отчаянии не стал. Все равно он запомнил «Черный якорь». А где люди идут против власти, там и контрабанда трется. А с духа что возьмешь? Капризный.

— Тебе надо познакомиться с Краузе.

— Краузе?.. Что за тип? Мне вас двоих по горло!

— Инженеришка, втюрился в МОЮ Марию, — фыркнул Вартислав. — Только он бумагу не съел, а сжег. А там было важное. Про контрабанду русских. Знаешь чего про таких?

— Ты Марию береги! — пригрозил Виадрус. — Я ее тебе доставал, старался!

Ну да — старался он. Все спустя рукава этот бог делает, а не с надлежащей тому тщательностью. С верфи, в которой скрылся дедок в поисках товарищей, раздался резкий гудок.

— Смена началась, — прокомментировал зеленый бог и постучал себя ногтем по щеке. — Русская контрабанда… Знаю, что встречаются в «Коромысле», это такой русский подпольный кабак, где трущобы. Ночью туда не суйся лучше. Да и днем без оружия не стоит.

Вартислав молча отслонил плащ, чтобы продемонстрировать нож.

— «Коромысле»?.. Кто придумал так назвать кабак?..

— Тут могут быть разные значения, — с удовольствием пояснил Виадрус, подтягиваясь хвостом о заржавевшую цепь — течением его льдину тащило дальше. — От «дыма коромыслом» — так русские говорят на буйное веселье — до пояса Ориона — петербуржцы обожают это созвездие. Считают, будто оно оберегает их покой. Кто поймет русскую загогулистую душу, да? — и гортанно хохотнул. — Река ихняя будто пояс, а храмы — как звезды…

Где-то Варт это уже слышал.

— Астрология?

— Именно. А в этом веке, брат, она и вовсе всюду популярная. Так что бери во внимание.

— Хрень всякая… — ввернул Варт новое словечко и поднялся с кнехта.

Фонарщик в длинном плаще, зевая, брел с лестницей под мышкой по набережной.

— Я пошел, — булькнул бог, опасаясь быть замеченным.

На каменный откос выпрыгнул звенящий денежный мешочек. Варт нагнулся и поднял, взвесил на ладони. Усовестился кто-то. Не бог весть какой подарок, но дельный.