Онлайн книга «Город с запахом шоколада»
|
А почему бы не утопленника какого?.. Вечно ж кто в реку шмякается по недосмотру и тому самому случаю! Виадрус воспрял духом и таки всплыл. В начало XVII века. Питомца искать. * * * Вартислав. Висок лизнула ледяная волна, судорогой передернуло от головы до пят. Невыносимо запекло в левой лопатке, а закоченевшие под сапогами ноги отозвались совершенно живой человеческой болью. Вартислав попытался приподняться на здоровом локте, с губ его сорвался стон — так больно оказалось. Скривил в прищуре облепленную склизким илом щеку: едва расступается серостью холодное небо. Предрассветный час. Он ведь как раз в такой час и вышел в Кольберг на старичке «Грейфе» — а все Филипп с Софией. Францу подарок, де, надо отвезти — зерна и свечей в епископство да семейные памятки, по мелочи. До конца года стужи стояли лютые, отец болен, невестка на сносях, в замке дел невпроворот — к Рождеству было не управиться. А теперь оттепель, погожие деньки, шуга сошла вместе с ледоходом — разве ж такой бывалый мореход и толмач, как Вартислав, с Одрой не договорится? Честь дома ронять нельзя, да и отец на одре смерти порадуется: братья-Грифичи наконец мирно зажили. Когда это Грифичи-младшие величали его — бастарда — братом? Даже отец сыном так ни разу не назвал. И все равно ведь согласился, как последний дуралей. А теперь что? До полудня проталкивались через заторы по лагуне, баграми разгребая дорогу. А теперь снова рассвет. Грифичев сын подтянулся на левой руке, пытаясь упереться подошвами о заскорузлое дно. Первым делом — развести огонь и обогреться да обсушиться, рану осмотреть, перевязать, а уж потом гадать, чья дага ее нанесла. Всего на вершок от сердца промахнулась. Он тогда отвлекся на крик смотрового на когге: «Пираты!». И подумать еще успел: «Что за околесица? Пираты, в лагуне, зимой?..». А потом резкий укол со спины, дыхание вышибло вместе со светом, и кто-то перекинул подножкой за борт. Холера — судя по состоянию макушки, он пробил льдину головой. Но Вартислава судьба не жаловала с детства, он привык. Жив — и спасибо. Выкарабкается. А после назло «братьям-Грифичам» построит плот и вернется в Штеттин с триумфом. Рассказать байку про пиратов на Одре в декабре. * * * Маша. Воздух распер легкие неожиданно, и из них хлынула вода. Больно как! — Atmen Sie, — приказал кто-то над нею. Небо там было свинцово-серым. Словно скоро сумерки или вот-вот грянет снегопад. Или и то, и другое сразу. Маша моргнула, и в затылке будто сработал отбойный молоток. Она же только что шла с собеседования счастливая, купила горячий пончик с шоколадом и вишней в качестве приза, любовалась на снежок и под любимый плейлист дотанцевала до самой Одры. После потери работы на поиски новой иностранцам дают месяц, и она успела в последний день — теперь не депортируют. Это чудо просто, ведь кому ты нужен в разгар праздников, да и вообще?.. А вот и нужен, а вот и бывают чудеса, кому, как не Маше знать: она опять нормальный рабочий человек, приносит Польше пользу, налоги платит и вообще… Правда, должность фасовщика на фабричной ленте стремненько звучит, но фабрика — шоколадная, и именно из-за нее старый Щецин иногда пахнет шоколадом. И так эта особенность города Маше нравится, с самого начала, как приехала восемь лет назад. И еще — что кричат чайки. Так почему бы не внести свою леп… |