Онлайн книга «Дом на краю земли»
|
— Пришла, — засмеялась она тихонько, рука потрепала по волосам. — Возвращайся, Эдмунд, я здесь, я жду тебя. И легонько поцеловала в щеку, и остатки угасающего пламени развеялись, и он смог распахнуть веки. Она правда сидела на его постели в проклятом доме. В том красном платье. Смотрела и улыбалась. — Элоди, — выдохнул он, все еще дрожа, и резко сел, чтобы притянуть ее к себе. Уткнуться носом в плечо, вдохнуть тот запах соли и меда, всхлипнуть в висок, убедиться, что живая. — Они там… — Маргарет, Боб и Бетти? — спросила она, поглаживая его по спине. Он закивал, не в силах ответить и затрясся, будто от холода. Вцепился в нее, словно утопающий в соломинку, словно дышать нельзя иначе. — Ну, тихо, тихо… — шептала ведьма ему в ухо, и бегала пальцами по позвонкам так легко, будто не настоящая. — Я здесь. Это был сон. Все хорошо… И запела что-то нежное, продолжая гладить его по спине, по волосам, покачивать, будто ребенка. И страх, дрожь, ужас отступали в ночной туман, пока ее наземной голос ткал ноты престранной истории: Когда часы бьют полночь, И мир украл Морфей, На улице Ивовой Открыты лавки фей. У них есть банки смеха, Склянки с вчерашним днем, Мечты, которым место Ты потерял давно. Глаза закрылись сами собой у нее на плече, и вместо языков пламени под веками закружились светлячки и призрачные звезды. Прилавок, полный ниток, Спряденных из дождя. А здесь лежат забытые Воспоминания. У той в углу ларечик С упавшею звездой, И неделька лета В банке жестяной. И вот он уже идет по Ивовой улице с нею между крылатыми фейри, ведет под руку, и она улыбается им, будто знакомым, и выбирает, что же им купить, и смеется, и он следом, и ни один кошмар не властен над ними. На Полуночный рынок За невозможным приходи. Возьми отвагу, возьми сердце, Чтоб мог ты что-нибудь купить. Ждут феи не монеты — Им нужно то, чем ценишь ты. На Полуночном рынке, Что только раз в году открыт. Она осторожно опустила его расслабленное тело обратно на кровать, укрыла одеялом до подбородка, нащупала ладонь, продолжая гладить по голове. Древняя, та, что знается с феями… — Не уходи, — попросил он одними губами. — Не уйду, — пообещала ведьма. Но с первым лучом солнца Феи прячут столы в тень. Ведь волшебство и тайну Убивает день. Коль смело торговался И верный дал ответ, Ты унесешь награду, Какой нигде на свете нет. Эдмунд Хейл провалился в мягкий мох спокойствия, держась за ее руку. * Элоди поет песню Moonlight Market группы Echoes of Velandria, стихи представлены в авторском переводе. * * * Она собиралась просто зайти попросить прощения. По дороге к Яме Печалей. Элоди подозревала, что проведет там не одну ночь, сжигая письма Бастьена, закапывая компас, разговаривая с камнями. Эдмунд станет волноваться, да и негоже покидать его, не помирившись. Она никогда не смела сбежать с дома, поросшего плющом. Пыталась заночевать в Дунагоре когда-то, потому что на алтаре и в пещере спать показалось страшно, но в башне оказалось хуже. Океан звал, был зловещ, бесновался в груди, всякий раз, как она пыталась провести ночь вдалеке от дома, поросшего плющом. Исключением была Яма Печалей: Элоди ночевала там два раза, когда ходила в Эннис, потому что без ночлега не управиться. Но это потому, что там дольмен: место силы спасало свою ведьму от ужаса и холода. |