Книга Предатель. Оклеветанная Жена. Книга 2, страница 28 – Алиса Лаврова

Словно очнувшись от глубокого, захватывающего сна, я с трудом отрываюсь от камня и растерянно смотрю на входящего Сайруса. Он замирает на пороге, потом переводит пронзительный взгляд на камень, лежащий передо мной.

— Где ты взяла свежий тирс? — недоверчиво спрашивает он..

Я смотрю на камень новым взглядом и вдруг осознаю, что он и вправду светится так ярко, так чисто, словно его только что извлекли из самого сердца земли, из первозданной породы. Он светится почти ослепительно, излучая мягкую, живую ауру.

18

— Клянусь, он ещё недавно был тусклым, как остальные! — говорю я, поднимая камень со стола и глядя на него новым, изменившимся взглядом. Змей всё ещё молчит, но мне кажется, я сделала если не совсем то, что он требовал, то нечто очень близкое. Не понимаю как, но ощущаю, что силы во мне стало больше, хотя я и не забирала её из камней. Она не жгла, а приятно согревала изнутри. Тусклые камни всё так же мерцают в фонаре, их я не тронула. А этот… этот просто сияет, почти ослепляя. Но как это возможно?

Сайрус подходит и мягко забирает тирс из моей руки. Внимательно вглядывается.

— У меня точно не было настолько сильно заряженных. Это очень странно.

Я удивлена не меньше его, и вместе с удивлением внутри поднимается робкая радость: словно наконец, за долгое время, я смогла сделать хоть что-то, что изменит моё положение.

— Ладно, дитя, ты не так уж безнадёжна, — снова звучит голос Змея в моей голове, как раз когда Сайрус разглядывает камень. Сайрус вздрагивает, словно тоже услышал голос, и быстро оглядывается по сторонам.

— Ты что-то слышал? — спрашиваю я, глядя ему в глаза.

— Это ветер Пустоши, такое бывает, — говорит он, и голос его звучит напряжённо. — Бормотание неупокоенных душ… — Он возвращает мне тирс с такой поспешностью, будто тот обжигает его пальцы.

Сайрус ставит на стол свою сумку, покрытую пеплом и пылью. Выкладывает свертки с едой. Я рассеянно смотрю, как он это делает, ощущая тепло и сильную пульсацию камня в кулаке. Слова Змея вселяют надежду: я прошла важный этап, и он меня не покинет. По крайней мере пока…

— Этот смертный тоже не лишён дара, как и ты, — мягко замечает Змей. — Хоть и не может понимать меня, но способен слышать отголоски. Это странное устройство на его лице… Похоже, оно усиливает его способности. Интересная вещица.

Сайрус прислушивается, потом мотает головой, словно пытаясь прогнать наваждение.

Я думаю, не сказать ли Сайрусу о том, что Змей теперь говорит со мной, но стоит лишь этой мысли появиться, как я чувствую холодок, пробегающий по телу.

Нет.

Похоже, Змей не хочет, чтобы он знал.

— Сейчас не время, дитя, — голос Змея звучит почти неслышно, как шелест песка, но я отчётливо, каждой клеткой понимаю его непреклонный приказ. — Держи язык за зубами. Храни свои тайны от всех, особенно от тех, кто кажется другом. Доверие – слишком дорогая роскошь в вашем мире.

— Но ему можно верить, — возражаю я мысленно, зная, что Змей слышит. — Он спас меня.

— Я не уверен, можно ли верить даже тебе, — раздражённо, как удар хлыста, бросает Змей, но его голос звучит всё тише и тише, всё дальше, будто уносимый невидимым течением в глубины сна или небытия. — Я устал… я потратил слишком много сил на твоё… восстановление. Теперь я должен отдохнуть. Восстановить себя. Я проснусь, когда ты усвоишь второй урок.