Книга Второй шанс для тирана. Том 2, страница 13 – Саша Белова

В этот день девочка не видела монстра. Она провела день в безопасности, играя с новыми игрушками, наслаждаясь вкусной едой. Ее детская психика, еще не до конца забетонированная страхом, дала трещину, в которую хлынул чистый, наивный восторг.

Она увидела не грозного отца. Она увидела чудо. Рот девочки приоткрылся. Лицо осветилось широкой, абсолютно искренней, восхищенной улыбкой. И она сделала то, что категорически, под страхом смерти запрещалось делать в присутствии Максима.

Соня вырвалась из-за спины матери и побежала ко мне. Точнее, к медведю. Радостный детский вскрик разорвал тишину коридора. Это было самое страшное, что могло произойти в картине мира Анны. Я перевел взгляд на жену и увидел, как страх в ее глазах усилился. Она не ожидала этого рывка. Ее рефлексы сработали с опозданием.

— Соня! — вырвался из груди Анны приглушенный голос. Женщина метнулась вперед. Ее рука судорожно выбросилась в пустоту, пытаясь ухватить дочь за пижаму, за руку, за что угодно. Но пальцы лишь скользнули по флису. Она промахнулась.

Анна застыла, словно пораженная молнией. Ее тело окаменело. Глаза расширились так, что, казалось, сейчас лопнут сосуды. В искалеченном сознании прямо сейчас разворачивалась катастрофа. Дочь побежала к тирану без разрешения. Она проявила громкую радость. Сейчас он ударит ее. Отшвырнет так, что ребенок ударится головой о стену. Или просто накричит.

Анна перестала дышать. Она приготовилась к детскому крику, не в силах даже закрыть глаза. Я понял это мгновенно. Одно неверное движение с моей стороны, и ее сердце просто не выдержит. Я должен был действовать ювелирно.

Как только Соня приблизилась ко мне, я начал опускаться. Не резко, чтобы не напугать, а плавно, перенося вес тела на одну ногу. К моменту, когда девочка преодолела половину коридора, я уже стоял на одном колене. Убрал свою гигантскую фигуру, нависающую над ребенком, и стал с ней одного роста.

Двумя руками я выставил плюшевого медведя перед собой, создавая мягкий, пушистый щит между мной и подбегающей Соней. Девочка остановилась ровно за метр до игрушки. Инстинкт самосохранения наконец догнал ее. Восторг столкнулся с осознанием того, кто держит этого медведя.

Соня замерла. Ее ручки, уже вытянутые для объятий, повисли в воздухе. Улыбка дрогнула и начала медленно сползать с лица. Она подняла глаза на меня, тяжело дыша. В ее взгляде боролись два полюса: невероятное желание прижаться к мягкому чуду и парализующий страх перед отцом.

Она сделала крошечный, неуверенный шаг назад. Скосила глаза на застывшую в ужасе мать. Если я сейчас промолчу или мое лицо дрогнет, она расплачется и убежит.

Я посмотрел прямо в ее огромные, испуганные глаза. Расслабил каждую мышцу на своем лице. В глазах постарался собрать всю ту нежность, которую испытывал к этому изломанному ребенку.

— Привет, — произнес я с улыбкой.

Соня захлопала ресницами, не смея пошевелиться. Я чуть-чуть подтолкнул медведя по паркету в ее сторону.

— Он тяжелый, — доверительно, почти шепотом добавил я, чуть склонив голову набок. — Я еле донес его до дома. По-моему, он ищет хозяйку. И ему очень нужно, чтобы его обняли.

Я не тянул к ней руки. Не пытался дотронуться до нее. Мои ладони открыто лежали на лапах игрушки. Соня смотрела на меня. Ребенок, который привык к крикам, пытался понять этого нового, спокойного человека на полу.