Книга Лучше меня не найдешь, страница 57 – Елена Левашова

Он садится на корточки рядом со мной и молча кивает… да и что тут скажешь?

Закончив с обработкой, я сажусь рядом, прижимаясь плечом к сыну. Роман, чуть откашлявшись, нарушает тишину.

— Миша, я брат Кирилла, поэтому мы с твоей мамой и объединились в поисках, – нарушает тишину Роман. – Кто эти люди? Этот Коля – главный? Чем они тут занимаются?

Миша медлит, оглядываясь на других пленников. В бараке, кроме нас троих, еще пятеро. У стены, обняв колени, сидит совсем молоденькая девушка. На вид ей не больше двадцати. Ее когда-то светлые волосы спутанные и грязные, а огромные, ясные глаза смотрят в одну точку с выражением застывшего ужаса. Она уже не плачет – просто качается из стороны в сторону, что-то беззвучно шепча.

Чуть поодаль, на верхних нарах, темнеют фигуры двух мужчин. Один пожилой, лет шестидесяти, с лицом, изрезанным морщинами, как высохшая земля, и парень – его сын, с таким же изможденным лицом и неестественно бледной кожей.

В самом темном углу неподвижно сидит крупный, широкоплечий мужчина. Одна его рука неестественно вывернута – результат неудачной попытки побега. Он ни с кем не говорит, а в его взгляде плещется бессильная ярость. Напротив него, скрестив ноги, сидит мужчина в очках, похожий на учителя или инженера. Он методично протирает стекла грязной тряпочкой – единственное действие, которое, кажется, удерживает его от безумия.

Миша наклоняется и произносит:

— Коля, да. Он тут царь и бог, – начинает Миша шепотом. – Они бывшие зэки, которых выпустили воевать. Только воевать они не захотели. Сели здесь, на элеваторе. Место глухое, идеальное, чтобы начать новую жизнь.

— Но командование же должно знать об этом месте? – спрашивает Роман.

Миша криво усмехается, а по моей по спине бегут мурашки.

— Некоторые не просто знают – покрывают их. Коля договорился с кем-то наверху. Ему и его банде пообещали погашение судимостей, но… Лишь когда «все закончится». А чтобы это «все» не закончилось для них слишком быстро, они держат нас. Заложники – их гарантия.

— И что они делают? Просто сидят и ждут?

— Нет, – качает головой Миша. – Они посредники – достают оружие для той стороны. Наше оружие продают им. А мы… мы часть товара. Нас меняют на нужных им людей, информацию, проход через блокпосты.

Роман сжимает кулаки. Я чувствую, как в нем закипает ярость.

— Предатели.

— Это не самое страшное, – добавляет сын чуть слышно. – Иногда та сторона не хочет обмена. Иногда им нужен… груз.

— Груз? – переспрашиваю я не понимая.

Миша смотрит на меня, и в его глазах вспыхивает нечто ужасное…

— Раз в неделю, иногда чаще, сюда приезжает крытый, вражеский грузовик. Коля выбирает двоих или троих из нас. Тех, кто слабее, или тех, кто пытался бунтовать. Он говорит, что это «обмен», но мы все знаем, что это не так.

Я задерживаю дыхание.

— Что с ними происходит, Миша?

— Я не знаю точно, мам… Слышал их разговоры. Грузовик едет в эпицентр боев, и там… Там наших людей выгоняют вперед, на минные поля, чтобы проложить дорогу. Иногда просто оставляют на нейтральной полосе как живую мишень, чтобы снайперы могли пристрелиться. Они называют это «обнулить счетчик».

Меня прошибает холодный пот. Я смотрю на измученные лица других пленников – беззвучно качающуюся девочку, больного парня… Каждый из них – потенциальный «груз». Каждый день они ждут, когда Коля укажет пальцем на них.