Книга Вершитель хаоса, страница 124 – Марина Адлер

— Нет! — кричу я, но мой голос теряется в грохоте магии, в реве ветра, в звуках разрушения.

Встаю, делаю шаг в сторону замка, готовая вернуться, сражаться и даже умереть рядом с ним. Но именно в этот момент слышу его голос. Не громкий, не магический, просто голос Хаоса, который звучит прямо у меня в ушах, словно тот стоит рядом: «Беги, Элис. Пожалуйста, беги.»

Слезы тут же начинают литься из глаз. Я рыдаю, стоя на месте, глядя на замок, который становится все более и более размытым в моем зрении. Каждый вздох ранит, каждый звук из замка бьет как нож в сердце. Но я помню его слова. Помню обещание, которое дала.

И на подгибающихся ногах поворачиваюсь спиной к замку. Впереди меня ждет Лощина Лизоглота.

Передо мной тропа, усыпанная листьями. Вход же выглядит как черная расселина между могучими стволами. Черные деревья возвышаются передо мной, как костлявые пальцы, которые пытаются схватить небо. Их стволы гладкие, темные, покрыты слизью, которая медленно стекает вниз. Ветви переплетаются так плотно, что образуют почти непроницаемый купол. Только кое-где сквозь них пробиваются лучи фиолетового света от неба, звезд и луны, которая висит над головой, словно огромный красный глаз, наблюдающий за всем происходящим.

Земля под ногами покрыта густым туманом. Он не белый и не серый — он черный, как чернила, и такой плотный, что едва вижу собственные ноги. От него исходит запах гнили, старости. Но под этим запахом чувствую что-то еще — запах магии, древней и опасной, которая пульсирует в земле.

Тропа узкая, едва видимая в тумане, но она есть. Хаос говорил, что я узнаю дорогу, когда приду. И вот, я узнаю. Тропа светится едва заметным фиолетовым светом, словно кто-то провел по ней рукой, пропитанной магией. Делаю первый шаг.

Туман обвивается вокруг моих ног, словно почувствовал присутствие живого существа. Он как щупальца какого-то морского чудовища. Я чувствую его холод, влажность, его попытку затянуть меня вниз под землю. Но я не позволяю себе остановиться. Просто начинаю бежать.

Двигаюсь быстро, не разбирая дороги, не смотря по сторонам. Ноги сами несут вперед не только из-за обещания, но и из-за страха. Разум занят только одной мыслью — бежать, бежать, не останавливаться. Слова Хаоса звучат в голове как молитва: «Не останавливайся ни на секунду. Не слушай голоса. Просто беги.»

Но голоса уже начинают звучать.

Сначала они едва слышны, словно шепот ветра в ветвях. Но потом становятся громче, отчетливее. Я слышу голос матери. Он такой знакомый, такой любимый, зовет меня с края тропы.

«Элис, дорогая, почему ты бежишь? Почему ты оставила нас?»

Я чувствую, как слезы начинают жечь глаза, как ноги замедляют ход. Но не оборачиваюсь. Просто бегу дальше, сквозь боль, сквозь желание услышать ее голос еще раз.

Потом слышу голос отца.

«Элис, моя малышка, вернись. Мы ждем тебя. Мы всегда ждали.»

Голос звучит так реально, так натурально, что на мгновение начинаю верить — родители здесь, они живы и я могу вернуться к ним, все будет хорошо. Замедляюсь, делаю шаг в сторону, готовая свернуть с тропы.

Но тогда я вижу их.

На краю тропы, в тумане, появляются две фигуры. Они похожи на моих родителей, но что-то в них не так. Их кожа слишком бледная, почти прозрачная. Глаза черные, как две дыры, ведущие в бездну. Они улыбаются, но улыбка выглядит неправильно, словно их лица не привыкли к этому выражению.