Книга Карнавал мисс Мэгги Стюарт, страница 78 – Александра Шервинская

— Мне нужно было позвонить в офис, – объяснил своё отсутствие мистер Гилмер, и я кивнула, старательно задавив возникшие было сомнения. Чем дальше, тем больше мне казалось, что я ищу в тёмной комнате чёрную кошку, которой там нет и не было. Но отголоски сомнений и подозрений категорически не желали сдавать позиции, и избавиться от них не представлялось возможным. Вот почему звонить в офис понадобилось именно сейчас, когда я пошла открывать ячейку? Голос разума убеждал, что Алекс поступил так просто потому что у него появилась свободная минутка, а маленькая подозрительная сущность глубоко внутри не верила в это простое и ясное объяснение. А вдруг он позвонил кому-то, чтобы сказать, что всё идёт по плану и скоро то, что «не имеет цены», будет у меня в руках? Может же такое быть? Может!

Господи, надо что-то с этим делать, а то ведь и свихнуться недолго…

— Всё в порядке? – мистер Гилмер аккуратно поддерживал меня под локоть, видимо, чтобы я в очередной раз не потерялась.

— Да, там был всего один конверт, и я его забрала, – негромко ответила я, – но что внутри, пока не знаю. По весу – какие-то бумаги, и их не слишком много, потому как конверт достаточно лёгкий.

— Даже мне интересно, что там, хотя я всегда считал себя человеком рациональным и уравновешенным, – засмеялся Алекс, – ну ничего, скоро узнаем.

Кафе «Каппадокия» оказалось симпатичным заведением с явно восточным колоритом, но после пережитых волнений есть мне совершенно не хотелось. Поэтому, в отличие от мужчин, заказавших традиционный английский завтрак, я ограничилась кофе и соком.

Усевшись так, чтобы надёжно заслонить от остальных посетителей, все трое выжидательно уставились на меня. Убедившись, что тремя широкими спинами меня действительно не видно, я извлекла из сумочки слегка помятый конверт и положила его на стол.

— Чёрт, волнуюсь, словно перед первым делом, – шепнул нам Джастин, – не томи, Мэгги, открывай.

Я осторожно перевернула конверт и стала соображать, как удобнее его вскрыть. Саймон молча протянул мне нож, и я, аккуратно подцепив край, вскрыла пакет. За столом была тишина, казалось, мы все даже дышать перестали.

Заглянув в конверт, я увидела несколько листков пожелтевшей бумаги и осторожно вытащила их на стол. Это были карты, испещрённые какими-то пометками, написанным вкривь и вкось, стрелочками и непонятными значками. Один листок показался мне новее других, и я развернула его, чтобы прочитать.

«Моя милая Мэгги, – писал дядя Кевин, почерк которого я сразу узнала, – если ты читаешь это письмо, значит, ты оправдала мои надежды и нашла способ добраться до тайника. Ты уже знаешь достаточно много, чтобы понять: то, что лежит в этом конверте, невозможно переоценить. Я не призываю тебя продолжить семейное дело, для этого ты слишком добрая и славная девочка, но и отдать эти сведения кому-то постороннему я не могу. Это карты тех мест, куда мы с твоими родителями не успели или не смогли добраться в силу трагического стечения обстоятельств. Ты вольна поступать с ними так, как сочтёшь нужным, но помни: по сравнению с тем, что лежит в местах, отмеченных на картах, твоё наследство – не стоящий внимания пустяк. Расшифровать комментарии сможешь только ты, а письма тебе помогут. Умоляю тебя, моя девочка, не продавай их. Если не отважишься воспользоваться сама, верни в хранилище, пусть лучше не достанутся никому.