Онлайн книга «Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1»
|
Недоумевая, Данила не отводил взгляда от НЕЧТО в чёрном. Он медленно покачал гудевшей от вибрации головой и уставшим голосом вымолвил слова: — Я не понимаю, о чём ты говоришь, мне ничего не нужно. От кого и что мне может быть нужно? — Ты действительно не понимаешь? От меня, от кого же ещё… – МРАК улыбался, и улыбка эта вызывала отвращение. — Ты смерть? Если ты смерть, то лучше бы тебе убраться куда подальше с моей дороги, это всё, что мне нужно. – Даже сейчас Данила понимал, какой бред говорил, но другого ничего в голову не приходило. Раздался жуткий хохот. Мерзкий, отвратительный смех, громким басом пронизывающий всё тело морпеха до самых костей. Когда НЕЧТО, наконец, перестало смеяться, оно продолжило разговор: — Скажи, откуда твоё представление о смерти, морпех? С чего ты взял, кто вдруг решил, что смерть должна выглядеть именно так, как выгляжу я? А чего мне, по-твоему, тогда не хватает, может, длинной и остро наточенной косы? Знаешь, морпех, что самое интересное? Вы, люди, всегда представляете смерть в чёрном балахоне и с косой в костлявых руках. Но почему, скажи, вы тогда никогда не представляете себе чем-то подобным жизнь? Почему думаете, что смерть способна прохаживаться по земле и забирать к себе несчастных, жалких и больных людишек в царство мёртвых? Что в таком случае есть жизнь? Что она может из себя представлять, если жизнь – нечто совсем противоположное старушке смерти? Может, тогда её тоже следует изобразить? Как бы тогда выглядела жизнь, можешь себе представить? Что если бы жизнь выглядела так же, как смерть, только в белом одеянии, а в руках… Что может быть у неё в руках? — Тебе виднее, ты непонятно что такое… — Я лишь то, что ведёт тебя к тому, к чему ты должен в конечном итоге прийти, ни больше, ни меньше! Не уходи от ответа, Кравцов! Что ты скажешь на мой вопрос, а, морпех? Что мы вручим, по вашим понятиям, старушке жизни? Может, крест, а? Или полумесяц? Будет очень даже символично. Что скажешь, морпех? — Скажу… — Что ты говна обожрался… Я знаю, о чём ты думаешь, и наперёд знаю, что ты скажешь, морпех. Спросишь: откуда? Не-е-т… Ты уже не хочешь задавать вопросы, я чувствую это. Ты просто хочешь, чтобы я исчез, чтобы ты мог продолжить задуманное. Вот только знаешь, что я скажу тебе, морпех? Если исчезну я, то и твой жизненный путь тоже закончится. Оборвётся твоя и без того хлипкая линия жизни. А теперь скажи: ты не догадываешься, почему будет именно так? В голове у Данилы всё перемешалось. Он уже не отличал, что слышит, а что является плодом его воображения. Реальность этого мира давно перестала существовать для него в том виде, в котором он знал её до всех этих мрачных событий, до этой бесконечной и жуткой командировки. Реальность теперь не была для него чем-то естественным, само собой разумеющимся. Сейчас всё вокруг для Кравцова стало нескончаемым кошмарным сном, жутким видением и страшными, невероятно реалистичными галлюцинациями. Данила, насколько ещё мог, сосредоточил всё своё внимание, все свои силы в голове. Он принялся размышлять о способе, который смог бы помочь выбраться ему из этого сверхъестественного кошмара. Сейчас в нём боролись два совершенно разных человека. Первый уже ослаб и был не в состоянии дальше бороться, он готов был сдаться на произвол этого тёмного существа. Но… Та вторая часть, что была в нём, тот человек, что большую часть жизни сидел в его теле – он боролся и будет продолжать делать это и дальше. Потому что это второе его «я» привыкло бороться до самого конца во что бы то ни стало. Этот готов драться до последнего издыхания, несмотря ни на какие преграды. Кроме того, было что-то ещё, то, что не позволяло Кравцову оставить свои попытки вырваться из-под влияния существа. Но что? Лена. Он видел её огромные карие глаза и густые ресницы. Гладкие, практически идеальные черты лица. Пухлые губки и чёрные волосы. Если он сейчас сдастся, она останется совсем одна, и даже Сергей не сможет ей помочь. Этого Даня допустить не мог. Этого он себе никогда не сможет простить, независимо от того, сколько ещё протянет. |