Книга Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1, страница 274 – Глеб Лютаев

Не боится. Оружие утопил Денис, якобы по его команде. Командир группы мёртв, Костя совсем рехнулся и расстрелял всех, кто попался под руку, Вася исчез, а Ворона он просто просрал, так же как Ольгу, Эдика и даже того несчастного боцмана. Чего ему теперь бояться? Хуже уже не будет. А вот гранаты – это угроза. Патроны почти что нет, но мало ли… В конце концов, всё идёт к тому, что они либо умрут здесь, либо уплывут отсюда. Если всё за борт скинуть, то хотя бы никому не достанется. А если Виктор туда доберётся? Нет, что-то подначивало поступить именно так и почему-то именно сейчас.

— Не боюсь я, нюх у меня хороший. Можешь не верить, но если чую что-то, то наверняка. Даже про тебя что-то подозревал. Вот видишь, не придал значения, и вот результат.

Сергей на это ничего не ответил.

Оставив Лену с Сергеем, морпехи взяли фонари и отправились вниз. Там они вскрыли комнату для хранения оружия и принялись вытаскивать ящики с патронами и гранатами. Денис и Володя не стали отговаривать Кравцова, наверное, устали от вечных споров. Времени для переноса ящиков на ют потребовалось гораздо больше, чем они планировали. К тому же парни изрядно вспотели и устали, делая это всё в состоянии пусть не сильного, но всё же опьянения.

Когда все ящики оказались на верхней палубе, морпехи присели передохнуть, прежде чем скидывать всё за борт.

Они сидели молча, и каждый думал о чём-то своём. Первым тишину нарушил Денис:

— Сколько мы уже здесь, четыре дня?

— Вроде так, – ответил Кравцов.

Потом они опять ненадолго замолчали.

— Знаешь, до этого я считал самыми тяжёлыми днями в своей жизни те, когда у нас были строевые смотры по срочке…

— Что за смотры? – Спросил Даня, он не помнил, чтобы Денис что-то подобное рассказывал ему.

— Да тебя в батальоне ещё не было, ты в разведке тогда служил. А я жизнь батальона с самого низа прохавал, как говорится.

— Да хорош уже, – перебил Кравцов. – Не тяни, рассказывай, какие такие тяжёлые дни у тебя были?

— Володи-черепа ещё в помине не было, – начал Денис, – ты в разведке своей прохлаждался, а у нас полным ходом служба шла. Были у нас два дня и две ночи, когда мы познали, что такое настоящая армия.

Данила с Володей удивлённо посмотрела на товарища. О чём он говорил?

— Да-да. Не смотрите на меня так. Это жесть была. Первый день мы вытащили всё, что у нас имелось: вещмешки, ОЗК, противогазы, оружие ну и всё остальное. Комбриг вышел и вздрючил всех, даже комбата. У кого-то бирок не было, у кого-то противогаз грязный. Ну и так далее, короче.

— И что дальше? – Данила не понимал, к чему он клонит.

— Да там генерал какой-то должен был приехать, вот и навели шум-гам.

— У нас командир разведроты называл это: «Операция ДРИСТОМЁТ».

Парни рассмеялись. Приятно было вспомнить обычную армейскую жизнь.

— Так вот. Комбриг вздрючил комбата, комбат ротного, ротный взводников, а те, в свою очередь, сержантов и нас. И знаете, что мы делали всю следующую ночь?

— Что? – спросил Володя.

— Мы всю ночь выпиливали бирки. Прикиньте, абсурд. Из фанеры грёбаные бирки пилить. Там жесть была. Распределились: кто-то отмечал, кто-то пилил, кто-то вырезал. Потом маленькие дырки по углам делали, чтобы пришивать. Писарь наш красивым почерком писал фамилию и инициалы, ну а потом каждый себе уже пришивал. На вещмешок, на ОЗК, противогаз, чулки к ОЗК, на лопатку… Везде, блин…