Книга Сеанс в Преисподней, страница 70 – Глеб Лютаев

— Зачем?

— Ну, просто, Ника. Попробуй и всё. Хочу кое-что проверить.

— Что проверить, пап?

— Неважно. В фильме видел. Потом объясню. Я сейчас в троллейбусе еду и не могу тебе это разжёвывать. Просто запомни: стул посреди леса, телевизор, плавающий по воде, воздушный шарик представь и посмотри, появится или нет.

Ника ответила с задержкой:

— Ну ладно. Потом расскажешь подробно.

— Замётано, дочь. А ты мне – про сон Алёны.

Рома сбросил звонок и посмотрел в окно. Его остановка – следующая.

— Ро-ом…

— А-а?

— Ну такого же не может быть.

— Не может.

— А как тогда?

— Я без понятия.

В набитой людьми «Кочерге» громко играла музыка. За деревянными столами сидели преимущественно мужские компании. Возле окна в красных, как у стриптизёрши, туфлях устроила фотоссесию пьяная девушка, очень откровенно задирающая и без того короткую юбку. Рядом с ней, держа в руках меню, стоял взволнованный официант, пытаясь что-то пояснить про правила поведения в заведении.

Друзья были уже достаточно пьяны и теперь то и дело возвращались к разговору о предыдущем сеансе. Пока ожидали заказ, накатили по несколько рюмок водки, запивая соком. Атмосфера, царящая в «Кочерге», способствовала беседам об ужасных лунных снах, монстре и несчастной девочке, неспособной противостоять злу.

Таня, жена Артура, была за рулём, поэтому единственная из них троих, кто трезво оценивал ситуацию и контролировал дозу выпитого.

К тому времени, как принесли стейки, салаты и другую закуску, Артур и Таня уже были в курсе произошедшего, и Рома с другом горячо обсуждали сеанс, пытаясь найти нестыковки в рассказанной истории.

— И ты считаешь, что он тебя увидел? – в очередной раз спросил Артур.

— Нет, не считаю. Я знаю, что он меня увидел. Я почувствовал на себе его взгляд, Артур. Как ты не понимаешь?

— Ну, может, он посмотрел в твою сторону по другим причинам?

Рому начал бесить скептицизм друга, который знал его как свои пять пальцев.

— Понимаешь, он не просто посмотрел на меня. Он в точности повторил те мои действия руками, что увидел. Повторяю: он видел. Впервые, за всю мою практику другой участник сна обнаружил меня. Ты же знаешь, все эти боты меня никогда не видят – только те, комуснится сон. Люди. И всё!

— Я тебе верю, Ром, но это очень странно, если такого раньше не было, – вмешалась в разговор Таня. Всё это время она внимательно слушала препирания и споры мужчин.

— Тань, – ответил Рома, глядя в ярко подведённые глаза, – да я и не отрицаю. В этом-то всё и дело, что странно. Но ещё более странно, что то, что я корректирую во сне, каким-то образом снова меняется. То есть меняю плохую картинку на хорошую, затем она превращается обратно в плохую. Причём не в ту, которая была изначально, а в новую. Как так?

Таня потеребила сережку в ухе. Рома засмотрелся на кучу браслетов на её руке.

«Женщина с причудами».

Роме она ответила вопросом на вопрос:

— А раньше такого не было?

— Конечно нет. Если я изменил ужасы чьего-то сна, то всё! Это незыблемо. В этом и заключалась моя помощь. Если в будущем сон и снился моим клиентам, то уже видоизменённый. Поэтому никто ещё ни разу мне не позвонил и не пожаловался, что я схалтурил. Танюш, для меня принципиально, понимаешь? Если я и умею что-то в жизни делать хорошо, так это избавлять людей от дурных снов.