Книга Сеанс в Преисподней, страница 25 – Глеб Лютаев

— Тут я точно поняла, что это не мой сон. Я подумала, с чего это мне думать о парашютах. А вот у Алёны брат постоянно прыгает, он парашютным спортом занимается и не раз говорил ей, что пора тоже начинать. Я заподозрила, что она часто об этом думает, а потому и сны такие снятся. Я не знала, как проверить свою теорию, но решила просто плыть по течению.

Ника на время затихла. Затем сделала глоток морса и, несколько отклонившись от темы, спросила у отца:

— Как думаешь, это нормально, когда во сне ты можешь рассуждать? То есть я чётко помню, как анализировала: почему, что и как. Как считаешь?

Рома прекрасно понимал дочь, но от прямого ответа уклонился.

— Не совсем нормально, но почему бы и нет? Так-то и в чужом сне оказаться не совсем нормально.

Ника вытерла губы салфеткой.

— Тебя что, всё это не удивляет? – спросила она.

«Нисколько».

— Конечно, удивляет, но я об этом читал, в некоторых книгах описаны похожие случаи.

«Опять враньё, о подобных случаях я точно не читал».

И тут глаза Ники широко раскрылись. Её лицо засияло, словно новогодняя ёлка.

— Папа, может быть, у меня такая суперспособность? Типа как в фильмах. Представляешь, я могу проникать в чужие сны. Вот это да!

Надо же, а ему в голову ни разу не приходила такая мысль. Некоторое время Рома вообще считал это проклятьем. Может, причиной тому послужил первый сон, в который он проник?

Да, похоже, именно так и было.

— Ну, ну, – попытался успокоить он дочь. – Давай-ка поаккуратнее там со своими идеями. Ещё непонятно, может, это вообще случайно получилось. Или вовсе не сон Алёны был, а твой.

— А нет! – сказала Ника, махнув рукой в сторону, будто отмахиваясь от назойливой мухи. Очевидно, она была уверена в своей правоте. – Я спросила утром у Алёны, как бы невзначай, что ей снилось. И представляешь, она рассказала историю – точь-в-точь ту, что я видела.

«Значит, Ника унаследовала мои таланты».

— Надеюсь, ты ничего не рассказала ей? – настороженно спросил Рома.

— Нет, нет. Конечно, всё как ты учил. Хотя мне очень хотелось. Она видела меня во сне, сама призналась. Но даже не заподозрила, что я её сон тоже видела.

— Умница. Ты всё сделала правильно. Пока что об этом никому нельзя рассказывать. Пусть это будет наш секрет, хорошо?

Ника закатила глаза, всем своим видом показывая, что уже поняла это.

— Естественно. Так ты хочешь знать продолжение истории? Я имею в виду про сон?

Он уже услышал, что хотел.

— Пожалуй, нет, это всё-таки подростковый сон подруги моей дочери. Думаю, это будет лишним.

— Па-а-ап… Да там ничего такого нет.

— Верю, верю. Но мне достаточно. Давай так: ты никому об этом не рассказываешь, а я в свою очередь немного обо всём этом почитаю, покопаюсь в интернете. Если будет желание, на твоём дне рождения мы поговорим об этом. Замётано?

— Замётано, – сказала Ника и протянула ладонь отцу.

Он шлёпнул «пять» и задал ещё один вопрос, который его тревожил последний месяц.

— Ну а теперь отвлечёмся. Так что ты хочешь, чтоб я подарил?

Ника улыбнулась, заморгала, как умеют только девушки, выпрашивающие у мужчин подарки. А потом, опустив взгляд, тихо сказала:

— Да ничего такого. Всего лишь айфон. Четырнадцатый.

Ну ни хрена себе «ничего такого». Всего лишь два года назад подарил ей последнюю модель, и вот тебе раз. Уже хочет новый. Придётся потратить большую часть заработанных за последний сеанс денег.