Книга Сеанс в Преисподней, страница 199 – Глеб Лютаев

Она ничего не ответила, Рома и не ждал. Он направил багги к центру созданной Никой армии и думал, как со всем этим разобраться. Дочь в это время довольно бубнила себе под нос, восхищаясь, что стала главнокомандующим.

Рома увидел, как выстроенные ряды солдат расходятся, пропуская их к себе в тыл. Прибыв на место, он быстро материализовал наблюдательную вышку, куда сам вместе с Никой и Алисой тут же забрался. Теперь перед ними открывалась огромная площадь с двумя многотысячными войсками, предназначенными для выяснения одной простой истины – кто из командующих лучший стратег.

— Командуй, – сказал Рома дочери, и их войско двинулось навстречу вражескому.

Каскад спал плохо. Сейчас, под утро, бушевала гроза, шёл ливень, и слабые ручейки воды уже начали просачиваться в блиндаж. Гром ударял в уши жуткими раскатами, и если бы не плачущее небо, он посчитал бы, что рядом рвутся артиллерийские снаряды.

Кроме него в блиндаже спали ещё два солдата, и оба храпели, несмотря на громкие звуки снаружи. Около полуночи Каскад разбудил их, приказав поднять с пола свою экипировку и оружие, чтобы не залило водой.

Несколько часов назад Каскад ещё не знал, что эта ночь будет особенной, хотя командование предупреждало, что в последнее время со стороны противника отмечена сильная активность: они подвозили боеприпасы и перемещали технику. Кроме того, все околовоенные Телеграм-каналы в один голос вопили, что со дня на день стоит ожидать распиаренного контрнаступления.

Но Каскад почему-то был спокоен. А чего бы ему нервничать?

Командование предупредило, да. Но по-прежнему никто не удосужился прикрыть его правый фланг. Там как не было никого, так и нет. А значит, хоть сколько предупреждай, толку – ноль.

И всё же сегодня пусть с опозданием, но осознание начала конца пришло к Каскаду.

Уснул он рано, но посреди ночи проснулся раз – льёт дождь, и они убрали амуницию. Проснулся два – слышны раскаты грома. Проснулся три, уже под утро – послышался шёпот мертвеца, и больше он уснуть не смог.

Но то была не человеческая речь, то было нечто другое, разговор ветра, дождя и посторонних шумов. Труп давал понять, что время Каскада пришло.

Ветер стал усиливаться и теперь, перебивая стук капель дождя, насвистывал Каскаду: «У-у-у… У-у-у… У-у-и-и-и…» Офицер лежал в оцепенении и переводил язык ветра на человеческий: «у-у-умри-и-и». В холодном поту он то и дело поглядывал на часы. Половина четвёртого утра – самое опасное время. Именно под утро, когда бдительность часовых падает, противник и начинает своё наступление.

«Лишь бы дожить до рассвета. Лишь бы дожить».

На смену ветру Труп посылал свои сигналы через дождь.

Тук-тук-тук. Тук-тук. Тук.

Каскад не знал азбуку Морзе, но он успел выучить повадки мертвеца. Казалось, они с Трупом были теперь почти родными и близкими, но теми самыми, что от слишком хорошего познания возненавидели друг друга и стали злейшими врагами.

Тук-тук-тук. Тук-тук. Тук.

Дождь тоже был на стороне Трупа, хотя раньше Каскад посчитал бы иначе. Раньше он радовался непогоде. Если стоял туман, дождь или слишком сильный ветер, значит, не будут работать вражеские дроны и никто не скинет тебе на голову ни ВОГ, ни Ф-1, ни РГД. Сегодня же непогода работала на врага, точнее, на мертвеца, потому что, как считал Каскад, противник тоже служил этому вездесущему ублюдку.