Книга Сеанс в Преисподней, страница 123 – Глеб Лютаев

— И что, ты избил её тогда? Или его?

Рома ответил:

— Нет. К тому времени я уже остыл, смирился и перестал чувствовать к ней что-либо, кроме отвращения. Даже обида ушла. Мне кажется, я никогда по-настоящему не любил Катю, как и она меня. Только Максим напрягся. Совершенно спокойно, стоя в дверях, я расписал все наши дальнейшие действия.

С моей стороны скандалов не было. А вот она крови попила знатно, ещё и обвинила меня.

— В чём? – удивилась Диана.

— В том, что я никогда её не любил и дождался удачного, как она выразилась, момента, чтобы развестись. А потом ещё и в том, что должен был кинуться на любовника, набить морду, когда застал их в постели.

— Офигеть…

— И не говори. Такие вот бывают люди.

— А что сейчас тот одноклассник? В смысле, где он?

— Ничего. Женился на ней, живут вместе весело и счастливо. Ребёнок родился совместный пару лет назад.

— Ого. Вот это история. Жесть. Теперь я начинаю понимать, почему ты до сих пор холостой.

Рома рассмеялся.

— Я бы и хотел отрицать, что эта история повлияла на моё мировоззрение, но это будет враньём. Теперь я с подозрением отношусь к женскому полу.

Они смотрели друг другу в глаза, и каждый думал о чём-то своём. Затем долго целовались, но без похоти, с нежностью.

— Ладно. – Оторвался от ласк Рома. – Пойду в душ. А то мы совсем забыли про роллы, их вот-вот должны принести.

— Ага. Давай, я за тобой.

Когда Рома уходил в ванную комнату, Диана схватила с прикроватной тумбочки телефон.

Когда раздался звонок в дверь, Рома уже ополоснулся и обтирался полотенцем. Приоткрыв дверь, крикнул:

— Диан, открой. Роллы принесли. Деньги возьми в бумажнике возле вешалки, у зеркала.

— Да, хорошо.

Рома вдруг почувствовал неладное: приглушённые голоса в прихожей не замолкали слишком долго. Повязав полотенце на поясе, он с голым торсом высунулся наружу.

Диана стояла спиной перед распахнутой дверью и общалась с девушкой.

«Оксана!»

Диана обернулась и, словно решив показать Роме гостью, отошла в сторону. Рома так и стоял с повязанным полотенцем, в то время пока на него смотрели две девушки, с которыми он периодически спал.

Диана сдерживала себя, а вот Оксана эмоций скрыть не сумела.

Со слезами на глазах она смотрела Роме в лицо с горечью и обидой, с которой он, наверное, смотрел на жену в том сне, про который рассказал Диане. Оксана уже всё поняла. Девушка оценивающим взглядом прошлась по сопернице и со словами: «Вот урод» развернулась и ушла.

— Оксана! – крикнул Рома, но тут же пожалел об этом. Этот крик, показушный и абсолютно неуместный, показался ему жалкой пародией на то, что он действительно должен был сделать.

А он должен был вовремя с ней порвать. И тогда сейчас не пришлось бы выдерживать на себе тяжёлый взгляд Дианы.

— Да, а она права, Ром.

— Прости.

— Мне не за что тебя прощать. Я же всего лишь шлюха.

— Не говори так, пожалуйста.

— Ром, не надо. И на что я, дура, только надеялась? Ты знаешь, с какой целью я сегодня пришла к тебе? Сказать, что завязала. Сказать, вернее, просить тебя, попробовать построить что-то вроде отношений, пусть даже без надежды на дальнейшую перспективу.

— Я…

— Не перебивай. Я дура, знаю. Глупо было надеяться, что ты согласишься. Просто… – Теперь заплакала ещё и она. – После прошлой ночи мне показалось, что мы уже больше, чем любовники. Я не могу это объяснить, но ты мне был так близок и тогда, и сегодня. Я наивно полагала, что и ты испытываешь нечто похожее.