Книга Дверь во тьме, страница 20 – Скотт Рэнкин

Первый шаг – создать ловушку для наконечника копья.

Она расправила пальцы.

Второй – распределить энергию. Вместо одного вектора дать ей множество.

Она быстро повернула кисть по часовой стрелке.

Третий – закрутить линии энергии в нужном направлении, и четвертый…

Но манипуляции Рен оказались слишком медленными. Атакующее копье наткнулось на созданную ей магическую стену. Его энергия распределилась по изгибающимся по часовой стрелке силовым линиям – но она не успела задействовать последний такт заклинания: отклонить траекторию копья таким образом, чтобы оно пролетело мимо и вонзилось в пол позади нее.

— Что ж, похоже, я убита, – донесся до нее голос из темноты.

Рен улыбнулась, несмотря на все свои горести. В архивный зал вошла Тиммонс Девайн, ее единственная подруга. Во всей академии не нашлось бы человека, которому Рен доверяла больше, чем ей. Из ее груди торчало древко магического копья – к счастью, совершенно безвредного. Она небрежно провела рукой, и оно растворилось среди плавающих в воздухе тускло-оранжевых прядей. Лицо Тиммонс выражало искреннее сочувствие. Рен скривилась как он зубной боли.

— Серьезно? Ты уже в курсе?

Тиммонс улыбнулась.

— «Катись куда подальше, и да пребудет с тобой магический свет» – это вся академия слышала.

Тиммонс состроила осуждающую гримасу, и они расхохотались. Затем она крепко обняла Рен. Тиммонс была выше нее почти на голову, и пахло от нее всегда целым цветочным садом. Из ее роскошных серебряных волос можно было бы свить струны для арфы – такими здоровыми они выглядели. Рен почувствовала, как у нее в груди – пусть всего на мгновение – размягчается комок злости. Тиммонс отстранилась, чтобы хорошенько ее разглядеть.

— Паладины. Их фальшивый блеск только ярче высвечивает, какие они внутри гнилые. Ты себе получше найдешь.

Рен кивнула:

— Знаю. Я уже решила выйти замуж за этот архивный зал. Чем не жених?

— И наверняка не такой скучный, как Девлин.

Рен горько усмехнулась. Тиммонс внимательно поглядела на нее.

— Дело не только в Девлине, – призналась Рен. – У меня сегодня было собеседование.

Тиммонс вскинула бровь.

— С каким домом?

— Шиверинов.

— О боги, Рен? Что ж ты мне не сказала? Мы только на прошлой неделе с тобой об этом говорили. Что тебе нужен шанс показать себя во всей красе. Именно этого мы и ждали. Как все прошло?

— Никак. Они меня прокатили. Никто не появился.

Тиммонс искренне удивилась, затем порывисто обняла Рен.

— Им же хуже, моя крошка. Они еще искусают себе все локти, когда ты изобретешь очередное гениальноезаклинание. Продолжай. Я тебе помогу. Только сегодня, в виде исключения.

Тиммонс устроилась на сиденье у дальней стены. Рен отвернулась от нее и снова приготовилась творить заклинание. Они с Тиммонс стали лучшими подругами уже на первом курсе. Их дороги пересекались на нескольких предметах, а также на станции воскового пути, когда они отправлялись по домам. Обе они учились в академии бесплатно и окончили обычную государственную школу. Рен взяли в академию из-за высоких оценок, а Тиммонс – из-за врожденной особенности. Люди с ее талантом встречались на материке крайне редко, поэтому правительство Катора позаботилось о ее будущности.

Она от природы обладала способностью усиливать магию, придавать дополнительную мощь любому заклинанию. Все великие дома обхаживали таких усилителейи чуть ли не дрались из-за них. За Тиммонс их представители бегали с первого дня, как она появилась в академическом городке. Ни один из домов не признал бы этого открыто – основатели города делали все, чтобы их заинтересованность не выглядела как попрошайничество, – но все они часто посылали ей подарки. Эксклюзивные платья из самой дорогой ткани. Золотые украшения. Предложения руки и сердца от третьеочередных наследников. Все что угодно – в рамках разумного, разумеется, – чтобы завлечь в свою семью такой ценный товар. Поэтому-то Рен так редко обсуждала с ней собственные терзания по поводу поступления на службу: слишком велика была разница между ними в этом вопросе.