Книга Дверь во тьме, страница 127 – Скотт Рэнкин

— Почему она не применила девориум, чтобы их спасти? Тиммонс и Ави?

Тео снимал рубашку и штаны, чтобы помыться в пруду.

— Мне кажется, она в этом призналась.

— Я помню, что она нам это рассказывала, – сказал он и похлопал себя по затылку. – Где-то вот здесь, хотя я знаю, что этого никогда не происходило. Она призналась, что хранила девориум для себя. Она не знала, что произойдет дальше, поэтому решила не применять его для спасения Тиммонс. Я не согласен с ее решением, но теперь это не имеет значения. Она погибла, а мы идем дальше.

«Она погибла, потому что я решила спасти тебя», – подумала Рен. Инстинкт взял верх. Кора ей нравилась больше, чем Тео. Рен уважала любого человека, выбившегося из низов и пахавшего в академии ради лучшего будущего. Но Тео – это ее путь наверх. Эгоистическое решение, вызванное стремлением к самосохранению. Сколько еще раз в жизни ей придется его принимать, чтобы продолжать идти наверх, продолжать бороться за выживание? Ей на плечи, словно тяжелый плащ, легла вина.

Рен сосредоточилась и отбросила эти мысли в сторону. Или, скорее, сложила их в отдельный ящичек в мозгу для последующего рассмотрения. Сейчас надо думать о выживании. Она посмотрела на Тео. Он стоял по пояс в пруду и тер руками голые плечи и бока. Мыла у них не было, но даже простая вода смоет пот и грязь и хорошо их освежит. Они шли всю ночь и половину дня. Рен дождалась, пока он заметит ее взгляд.

— Что?

— Вспоминаю, как ты танцевал перед виверной.

Он слабо улыбнулся:

— Уверен, что то, о чем ты сейчас думаешь, подразумевает большой расход энергии, которой у нас и так исчезающе мало.

Она вскинула бровь.

— Ну хорошо. Ты заслуживаешь звания благоразумнейшего мальчика. Тогда разберем вещи и заодно подумаем, что делать дальше.

Рен открыла их единственную сумку. Лежащий там девориум Коры выглядел так, будто его переехала карета. Раньше он был ровного янтарного цвета, а теперь покрылся белесыми пятнами. На ощупь он был еще теплый. Рен отодвинула его в сторону и нашарила тот предмет, который искала.

— О, вот это не очень хорошо.

Браслет ее матери. Она достала его из сумки на свет. Прожилки на драконьем металле выцвели. Рен надела браслет на запястье и сотворила самое простое заклинание из всех, ей известных. Раздалось шипение, магия рассыпалась брызгами. Заклинание не сработало. Тео даже застыл в воде.

— Ты что, запорола заклинание? Я стал свидетелем уникального в своей неповторимости события?

— Знаешь, твои мыслительные способности оставляют желать лучшего. – Рен показала браслет. – Корин девориум высосал из него всю магию. Наверное, они касались друг друга в сумке, когда она активировала заклинание. В нем ничего не осталось. Все окли, которые я там хранила, сгорели.

Тео показал на жезл, висящий у нее на поясе.

— А в этом?

— Там… может, двадцать окли? Большую часть вспомоществования я держала в материнском браслете. Этого еще не хватало. Если мы выживем, ноги моей больше в лесу никогда не будет.

Она вела такой тщательный подсчет. Если бы браслет не был опустошен, у нее хватило бы магии даже на короткую дуэль. А теперь у них есть только сосуды Тео. Пятьсот окли, если она не ошиблась в расчетах. Но вот она могла сотворить лишь несколько самых простых заклинаний. В этом не было бы ничего страшного, если бы остаток пути они прошли без приключений. Но им на пятки наступают сборщики дыхания и Клайд.