Книга Шепот в стенах, страница 152 – Скотт Рэнкин

По крайней мере, теперь было время восстановить дыхание. Тридцать секунд, чтобы прийти в себя. Впрочем, вряд ли что-то изменится к лучшему, когда золотой свет исчезнет. Ему нужно было удостовериться…

…раздался оглушительный треск. Меч Тугара с невероятной силой ударил о край его волшебного щита. Дагвид увидел, как во все стороны побежали трещины, и его самая мощная защитная магия разлетелась на миллион осколков.

Дагвид перекатился вправо за миг до того, как золотой свет окончательно погас.

Такого не могло быть. Но это случилось.

Тугар снова набросился на него, а у Дагвида даже не было меча, чтобы отразить атаку. Он уворачивался, уклонялся и в отчаянии активировал вторую татуировку – заклятие привязи.

Невидимая магия вырвалась наружу и дважды обвилась вокруг правой руки Тугара. Дагвид взялся за другой конец магической веревки и вогнал его в землю. Он почувствовал, как магия закрепилась там. Когда Тугар снова вскинул меч, невидимая веревка натянулась и его правая рука резко опустилась. Рывок был такой силы, что Тугар едва не выронил оружие.

Дагвид воспользовался этим – обогнул здоровяка, перекатился и схватил упавший меч. Он быстро повернулся, надеясь переломить ход поединка, пока враг в ловушке, но Тугар не запаниковал. Он поднял свой массивный клинок, упер в то место, где находилась невидимая веревка, и перерезал ее одним движением.

У него рассекающий меч. Он может разрушать магию. Черт!

Это осознание сломило Дагвида. Он был физически слабее противника. Его магия не могла изменить ход событий. Тугар Бруд изматывал его – эффективно и безжалостно. Порез здесь. Рана там. Неожиданный удар ногой отбросил Дагвида назад. Он ударился о землю с такой силой, что показалось, будто он все еще падает. Будто сама земля пожирает его.

Над собой он видел пыль, голубое небо и заклятого врага. Дагвид попытался вскинуть меч, но вдруг понял, что рука пуста. Его снова обезоружили.

Тугар сплюнул на песок. Он демонстративно поднял меч Дагвида, бросив свой, и опустился на колени рядом.

— Хочешь знать, как умер Уэйр?

Тугар схватил его за шею сзади и рывком поднял, вынудив принять сидячее положение. В другой руке он сжимал волшебный меч Дагвида.

— Я держал его вот так, – сказал Тугар. – Так же, как он держал мою жену. Он танцевал с ней. Флиртовал. На глазах у всех. Я прижал его к себе. Притянул очень близко. А потом прошептал последние слова, которые он услышал в своей жизни. Их же услышишь и ты.

Тугар наклонился вперед. Дагвиду показалось, что у него изо рта пахнет кладбищем.

— Никто о тебе не вспомнит.

Прежде чем Тугар вонзил меч, Дагвид дезактивировал заклинание. Клинок исчез за миг до того, как проткнул его. Тугар рефлекторно разжал руки, и, падая, Дагвид потянулся к последней татуировке.

Две руки, которые Уэйр нарисовал незадолго до своей смерти. Одна из них тянулась сверху, а вторая высовывалась из воды. Дагвид не знал, что произойдет.

Из него вырвалась сила. Мощная волна отбросила всех, кто находился в радиусе двадцати шагов. Дагвид почувствовал, как все его тело вибрирует от почти болезненного прилива энергии. Магия зацепилась за что-то вдалеке. Он не мог сказать, Тугар ли это, или деревья вокруг них, или какой-то иной объект. Но его догадка оказалась верной. Заклинание было обменом.