Книга Чужак: Ученик. Охотник. Барон, страница 512 – Игорь Дравин

Ну, это уже более похоже на реальность, чем на сказку.

— Влад, – продолжил номер, – если бы не твои колья изо льда, то погибшие были бы. Я первый раз увидел, как мгновенно умирают тридцать пикинеров, стоящих в первых рядах и не защищенных броней от удара снизу. Мало того, их поднятые тела задрали в небо пики соратников, что стояли за спиной.

Вот, такая похвала мне приятна. Ни грамма лести. Да, вот я такой гениальный.

– А Колар совсем не подсказывал тебе?

Сам бы справился. Наверно. Лет через десять. И вообще не мешай мне себя хвалить. Сам не займешься этим, так никто не оценит.

— А сколько бы погибло? – поинтересовался я.

— Пять или шесть, – пожал плечами Пятый. – При таком столкновении для кавалериста опасны только первые мгновения сшибки. Или он пробивает строй, часто своим телом или телом коня, или его насаживают на пики. Если кавалерист пробивает, что бывает очень редко, если ему противостоит обученная и стойкая пехота, то дальше идет обычная рубка беспомощных пехотинцев. Длинной пикой в плотном строю не сильно поработаешь. Опасны только алебардисты. Вот они могут доставить большие и смертельные неприятности.

Отлично. Хорошо, что я смог сберечь Рысей, и очень хорошо, что мои мысли насчет пик подтвердил Пятый. Учиться никогда не поздно, а если ты сам понимаешь ситуацию, то вообще хорошо. Кстати, почти приехали. Наемники смотрят на нас с большим уважением в глазах. Работа четвертой баталии была им видна очень хорошо. Их строй рассыпался, и мы проехали к нашему холму. Рада с помощниками тут же начала принимать раненых. Суета, гам, различные указания. Я хмыкнул и отъехал. Рада хозяйка в своем госпитале и сама со всем разберется.

— Командиры ко мне! – проревел Горм, забираясь на холм.

Маг-связник шествовал рядом с ним, а Норм, Торм и Бонар, как привязанные, следовали за магом. Почти смешно. Я спешился, дал ценные указания Пушку о недопустимости драки без моего разрешения и поплелся за Гормом. Пятый и, ессно, Третий с Четвертым последовали за мной. Венир и пятерка Рысей тоже не остались в стороне. М-да. А ведь Горм и слова не вымолвит по поводу присутствия столь большого количества руководителей столь маленького отряда. К манерам и привычкам Рысей привыкли все. Опять каламбурчик.

— Доложить о потерях, – потребовал Горм.

— Трое раненых, – отозвался я.

— Семеро убито и четверо раненых, – проворчал Шейк.

— Шестеро убито и пятеро ранено, – меланхолично заметил Вилт.

— Девять убито и пять ранено, – сказал Керт, перемолвившись с Иленом.

— У меня десятеро убито и трое ранено, – добавил Горм. – Мирс, сколько мы примерно положили, ты можешь сказать?

Мирс посмотрел на Жерека.

— От шести до восьми сотен, – сказал тот. – Трудно сказать точно. Я не маг смерти.

Анархисты стали переглядываться с довольными лицами. А ведь великолепный результат. То, что есть убитые у всех, кроме меня, понятно. У них нет таких магов, как у меня. То, что убитых так мало, тоже понятно. Сначала анархисты не сильно упирали на весельчаков. Они дождались, когда мой отряд привлечет внимание всех наемников угрозой прорыва строя, и только потом начали бить в грудь, бока и спины со всей силы. Потери Горма понятны. Его отряд шел первым. Потери Керта и Илена тоже объяснимы: новичков, которые еще не стали хорошими воинами по меркам Пограничья, у них много. Тридцать два убитых и двадцать тяжелораненых на столько убитых врагов – это отличный результат.