Книга Чужак: Ученик. Охотник. Барон, страница 262 – Игорь Дравин

М-да, спорил тогда я с ними по-взрослому. Еще бы – они решили взвалить на меня обязанности вождя остатков вернувшего себе честь клана. Всего-то быть нянькой для трехсот человек. Рассказал им все про гвардейца, про передачу искусства. Все было бесполезно. Они были твердо убеждены в своей правоте. В конце концов, я сдался и принял на себя еще одну обузу. Гордые тем, что стали первыми, кто увидел меня, кто нашел своего вождя и тем самым вернул честь клану, они попросили так их и называть. Второй, Третий, Четвертый и Пятый. Первым был тот бедолага-ревизор. Сумасшедшие. Пятый тут же намекнул, что готов исполнить мое повеление и отправиться к остальным со столь радостной вестью. Судя по тому, как посмотрели на него остальные, только мое присутствие удержало их от схватки за право быть гонцом. Больные на всю голову. Ессно, я разрешил ему это. Лязг мечей в коридорах не нужен никому.

После полутора суток мои мозги начали успокаиваться. Перезагрузка произошла. Этим парням, конечно, известны последствия передачи мастерства, но они очень хотят верить в то, во что они верят. Никакие аргументы и факты, противоречащие их вере, приниматься во внимание не будут. Бесполезно. Если появится дух гвардейца и подтвердит мой рассказ, они объявят его тварью Падшего. Тем более есть такая удобная вещь, как твердая уверенность в том, что Ларион погиб три года назад. Не знаю, как он инсценировал свою смерть, но вышло это здорово. Если даже спецы императора не заподозрили обмана. Жаль мужика. Он знал о последствиях наверняка, но судьба дочери для него была важнее. Существо с чистой душой является лакомым куском как для церковников, так и для слуг Проклятого. Одни хотят запереть под замок и растить очередного святого, а для других чистая душа…

* * *

— Барон, – прервал мои размышления мужик в маске. – Вы ничего не хотите спросить?

— Нет. Сами расскажете.

Один-ноль в мою пользу. Не вынесла душа поэта.

— А возмутиться таким бесцеремонным похищением, грозить мне всевозможными карами, гневом короля, местью своих друзей, родственников, слуг – неужели не будете?

— Ну, если это нужно, то считайте, что я возмутился и пригрозил. Вам легче? – поинтересовался я.

Молчание.

— Странный вы человек, барон.

— А вот насчет вас я не уверен. Может, маску снимете – а вдруг вы нелюдь?

Он усмехнулся:

— Не сниму, барон. Тогда мне придется вас убить.

— Убивайте.

Он осекся. Я, видно, совершенно случайно поломал ему план разговора. Бывает. Ты не расстраивайся, излагай дальше.

— А почему вы не пытаетесь вырваться? Вы же маг, – через минуту поинтересовалась маска.

— А у меня получится? Слишком спокойно вы сидите. Да и странности есть. Я не насчет цепей, которыми вы меня приковали. Я насчет этого обруча на моей голове. Просветите меня, неграмотного. Три дня как из деревни приехал.

Маска задумалась.

— Что ж, – сообщила она после недолгого размышления. – Вы нам подходите полностью. Благородный. Хороший воин и маг. Вы ведь были единственным нерыцарем ордена Копья, принимавшим участие в разгроме логова слуг Темного. Посредственность на такое дело рыцари бы с собой не взяли.

Я едва не заржал. Ну-ну. Братьям Дарина действительно пришлось позвенеть мечами в другом конце подземного хода. Говори дальше.

— По той же причине вы не являетесь слугой Проклятого. У вас влиятельные друзья и знакомые. Вы гостите в доме герцога Ланда, являющегося коннетаблем королевства, весьма близки с окружением княгини Риарской и с ней самой. Барон Нерт заявил сегодня утром на приеме у короля, что отрежет уши любому за косой взгляд в вашу сторону.