Книга Чужак: Ученик. Охотник. Барон, страница 234 – Игорь Дравин

Внутренний двор состоял из огромной конюшни, сада и беседки. Пара слуг кинулась принимать лошадей.

— Я сам, – отодвинул я одного ретивого. – Сам займусь своим верховым конем, также сам за ним буду ухаживать. Если тебе дороги жизнь и здоровье, ты этого делать не будешь. Предупреди остальных.

Я завел Пушка в самый угол конюшни, расседлал и вытер его.

— Веди себя хорошо, вечером приду и покормлю.

Закончив, я вышел из конюшни. Картина Репина. Островитяне, положив руки на мечи, стоят полукругом около своих дорожных мешков, мой мешок, снятый с Черныша, тоже здесь. Двое мнущихся слуг. Спокойно стоящий неподалеку с парочкой воинов Гор.

— Можно, благородный господин, мы возьмем ваше имущество и отнесем в отведенные вам со свитой апартаменты? – промямлил один слуга.

— Да. – Я повернулся к попутчикам: – Следуйте за ним.

— Слушаемся, господин.

— Барон со свитой, – задумчиво сказал Гор, глядя на удаляющихся островитян. – Очень хорошо. Вовремя.

Граф Рин эл Гнаро оказался молодым парнем. Молодым и очень несчастным. Наследник влиятельного и богатого рода, неплохой маг огня, мечтатель и книжник, горбун. Маги жизни бессильно разводили руками. Родовое проклятие работало через поколение. С горящими глазами он слушал рассказы раздолбаев о погани и тварях. О вздохе и карнавале, закружившем Белгор. Дотошный, все время хотел узнать подробности. Наивный.

— Барон, – обратился он ко мне, – может, вы сможете мне рассказать подробнее о тварях? Вы ведь были в Белгоре. Ренс постоянно виляет. – Укоризненный взгляд на друга.

Врать этому славному пареньку я не хотел.

— Я их прекрасно понимаю, – начал я, – охотники не любят делиться подробностями, рассказывать о гильдии, и о многом они предпочитают умалчивать. Дело тут не просто в скрытности. Во-первых, тут нет ничего героического – тяжелая и грязная работа. Во-вторых, допустим, что вся информация о привычках, особенностях поведения, уязвимых местах и многом другом про тех же скелетонов будет известна всем и каждому. Что тогда произойдет? Тогда толпа смертников, возомнивших себя истребителями тварей, отправится на первые уровни. Я не буду касаться того, зачем они это делают. Это мне неинтересно. Как итог: бойня – и в погани ощутимо прибавится зомби и, не дай Создатель, иных тварей, пострашнее. Кому это надо? В-третьих, по дружбе, по большому секрету информация не выдается. Это дело принципа. Если ты так уж хочешь бить тварей, становись охотником и узнаешь все секреты погани, известные гильдии. Не хочешь, не можешь… – Я осекся. – Простите, граф.

— Ничего, – махнул он рукой, – я давно привык. Тем более что ничего обидного вы для меня не сказали. Вы подчеркнули только очевидное любому, имеющему глаза. Я – не могу.

Молчание.

— Если не можешь, – продолжил я, – то и секреты гильдии тебе не нужны. Всегда есть шанс, что о них узнает третий. В-четвертых, и поэтому о своих подвигах охотники не рассказывают подробно. Умный собеседник может понять слишком многое. Вас, граф, и они и я считаем очень умным.

Слабая улыбка озарила лицо парня.

— Что мне остается? – с очень доброй усмешкой сказал он. – Только работать головой.

— Да, – заметил Ренс, – твоей головой можно и нужно работать, дружище. Она у тебя большая и крепкая. Стену точно прошибить можно.