Книга Неучтенный элемент. Том 13. Финал, страница 34 – Александр Вайс, А. Никл

Реальность прочертили чёрные линии от сфокусированной силы антимагии. Снаряды теряли стабильность и взрывались один за другим. Несколько прошли по необычной траектории — пролетели насквозь через парящую скалу диаметром почти в полкилометра. Буквально пробурили в ней тоннели и подошли слишком близко.

«Сверху! Влево!» — я воспользовался телепатическим каналом с Мэль. Эта вроде бы скрытая атака была ловушкой.

Я немного опоздал, однако всё же помог демонице, слишком сосредоточенной на иных атаках. Золотой снаряд пролетел сквозь облака пыли и паров, пробил щиты и врезался в её плечевой сустав — целиком оторвал левую руку. Но если бы она не сдвинулась попадание пришлось бы в голову.

Мэль закричала, выпустив золотой меч и схватив оторванную конечность. Тело регенерировало, но урон был не только физическим.

Тем временем издалека по Аббадону ударил будто бы бордовый лазерный луч из некротики, смешанной с тьмой. Константин и марионетка Сирион в одном флаконе всё ещё не умерли лишь потому, что держались на границе доступной им дистанции атаки и постоянно скрывались иллюзиями.

— Бесполезно!

Фиолетовая комета прошла сквозь алый луч, словно снаряд пущенный против потока воды, но истинной цели не нашла. Способность Сириона переносить точку активации заклинания на иллюзию была как нельзя кстати. Пусть с дальностью падала предельная мощность, но удар был точечным. Пущенная в том направлении ударная волна не успела поразить невидимку, а по Аббадону лупили относительно слабые лучи пространственных росчерков.

Уверен, это его раздражало на уровне назойливых ос.

Всё время, пока я наблюдал сражение, мне не давали продохнуть стихийные лучи, выпущенные несколькими мелкими конструктами. Потоки чистой силы, никакой нестабильной структуры, ломавшейся от антимагии. Всё равно что дыхание дракона — прямолинейное и мощное. Такое надо либо поглощать целиком, либо уклоняться. Я отвечал силой хаоса, понемногу сокращая число противников.

Антимагическое поле непрерывно поглощало рассеянную вокруг энергию — в том числе эфир, щедро применяемый в атаках.

Я наступал, высвобождая технику. Резко навалилась усталость — казалось, что я решил поднять гору.

— ПОДЧИНИСЬ МОЕЙ ВОЛЕ.

Пространство на секунду стало размытым — не ощущая ускорения, я моментально оказался около противника. Он издевательски смотрел на меня, будто говоря «что ты ещё сможешь показать?»

Клинки столкнулись несколько раз — я смог отклонить лезвие. Так что вместо удара на уровне пояса мне отсекли ноги. Сила разрушения обожгла мою душу. Мощь текла сквозь меня, а я разрывал дистанцию.

Мощнейший снаряд разрушения, пылающий в руке Погибели был направлен в меня. Такому хватило бы заряда превратить в пустошь всю территорию Москвы — аннигилировать здания и живущих там людей. Аббадон не собирался брать меня живым.

Но эта скотина слишком полагалась на колоссальную мощь.

Я же контролировал реальность вокруг.

Снаряд исчез. Перенаправлять его на создателя не имело смысла: противник бы рассеял его. Хотя судя по движению крыльев, закрывающих его в кокон, Аббадон именно этого ждал и собирался просто уйти в оборону и допустить взрыв, пока я в радиусе поражения. Вот только зря крылатый держит меня за дурака! Я вовсе не планировал возвращать атаку отправителю.