Книга Ведьма сладкой деревни, страница 59 – Марин Сэнгель

Начинается очередной день на Фабрике.

Увидев меня этим утром, Бэйби бросает мне грустную улыбку. Мы молча бредём к Кормушке. Воспоминания о вчерашнем дне не выходят из головы. Я всё еще помню, что вчера одного забрали.

За завтраком я замечаю, что многие дети наблюдают за мной. Может, они ждут, что я расскажу историю? Или просто смотрят на меня из любопытства, надеясь, что я снова начну спорить с Врединой, сидящей позади? Не знаю. В любом случае, за столом я молчу. Я одна целиком съедаю апельсиновый кекс. Вкус фруктов освежающий, но сам бисквит тяжеловат.

Грог сегодня молчит. Похоже, он не в духе. Я спрашиваю, всё ли в порядке, и он лишь шмыгает носом. Бэйби похлопывает его по спине, будто пытается утешить.

— Тот, кого вчера увели… – тихо начинает она. – Это был Потти. Его друг.

Я вспоминаю, что Грог упоминал его имя. Он был вампиром, по крайней мере, Грогу так казалось.

— Мне жаль, – спешно отвечаю я. – Я не знала.

— Откуда ты могла знать? – бросает Бэйби. Во рту у неё джем из черной смородины. – Всё равно ничего уже не изменить. Грог справится, да?

Парень кивает, с неохотой ковыряя вафлю. Я замечаю, что он разглядывает свои пальцы – они толще моих. И не он один так делает. В воздухе витает страх. Каждый боится стать следующим. Большинство детей в Кормушке выглядят здоровыми. Они послушно подчищают тарелки, но несмотря на то, я вижу: как и меня, их уже тошнит от сладостей.

Внезапно меня накрывает волна ярости. Я злюсь на Неё. На ту, что командует нами и контролирует каждое наше движение. На ту, из-за которой дети рыдают, кричат, а потом навсегда пропадают. Последний кусочек кекса я сжимаю в кулаке, превращая его в крошки. Грог и Бэйби смотрят на меня с тревогой.

Но вопросов они не задают – даже по пути в Печь.

Сегодня я отвечаю за дрова. Мне приходится постоянно подбрасывать их в огонь, поэтому оставаться на одном месте мне не удается. Так что я даже не пытаюсь начать новую историю, хотя замечаю, что некоторые дети навостряют уши, когда я прохожу мимо.

После обеда мы беремся за муку. Мешки килограммов по двадцать пять перевешивают меня. Пару раз я чуть было не падаю на спину. И снова бесконечные часы хождений по Печи под строгим надзором Теней.

После ужина я в полной тишине возвращаюсь в камеру. Падаю на койку ещё до того, как опускаются решётки. Я настолько устала, что не сразу замечаю две фигуры, с робким видом переминающиеся у входа.

Две девочки – лет одиннадцати, не больше – пристально смотрят на меня. Их зеленоватая кожа кое-где покрыта чешуей.

— Привет, – бросаю я, не зная, что ещё сказать.

— Привет, Бланш, – отвечают они в один голос.

Не думала, что другие дети знают мое имя. И все же, кажется, они стесняются. Перед тем как объяснить мне, зачем они пришли, девочки шепчут что-то друг другу на ухо.

— Скажи, Бланш… – произносит одна из них настолько тихо, что мне приходится подойти ближе, чтобы расслышать.

— Да?

— Завтра расскажешь нам историю? – спрашивает другая.

Я улыбаюсь.

— Надеюсь, – мягко отвечаю я.

Уголки их губ растягиваются в улыбке, обнажая крошечные острые зубки.

— Тогда до завтра! – восклицают они разом.

И затем вприпрыжку спускаются по лестнице. Именно такие эмоции я хочу видеть на лицах детей здесь, в подземелье. Именно для этого я и рассказываю истории.