Книга Гавани солнца, страница 217 – Марта Уэллс

Она подняла взгляд.

— С Конклавом?

Лун надеялся, что не придется произносить это вслух. Ему и так было неловко.

— Нет, с Лавинат и хианцами там, в руинах.

Не взглянув на него, Нефрита глубже закопалась в мешке.

— Я предпочла бы подождать, пока мы не вернемся домой.

Лун такого не ожидал.

— Ты не хочешь со мной разговаривать.

Он готовился к разговору и всего лишь хотел с эти разобраться. От ожидания станет только хуже – во всяком случае, так всегда бывало.

Нефрита не подняла глаз.

— Да. Пока не хочу.

Лун решил настоять.

— Ни о чем?

Огорченная Нефрита, явно не желая беседовать, продолжала делать вид, что роется в мешке, где хранилось не более трех предметов и одно одеяло.

— Ну почему же. Можем поговорить о чем-нибудь другом.

Лун скрестил руки на груди, пытаясь подавить раздражение.

— Я сказал Ежевике, что заведу с ней выводок.

Нефрита оставила в покое мешок и начала притворяться, будто раскладывает одеяло.

— И прекрасно. Хороший выбор.

Лун так долго откладывал это решение – и не мог сделать выбор, и нервничал, поэтому надеялся на большую радость от того, что решение наконец принято. А отсутствие интереса не делало ситуацию менее раздражающей.

— У нас будет пять наставников, – сказал он. – Может, даже шесть.

— Хорошо.

Нефрита присела на корточки, проверяя, хорошо ли разглажено одеяло.

— И мы собираемся заняться этим прямо сейчас, на палубе, – добавил Лун.

Нефрита не выдержала. Вскочила и схватила его за плечо.

— Я просто устала, Лун. Можем поговорить об этом дома.

Лун ненавидел образ надутого избалованного консорта, убегающего в смятении, когда не получил то, чего хочет. И поэтому его лицо осталось бесстрастным, он не сменил облик и не разнес дверь на куски, выходя из каюты.

Он постоял на палубе, вдыхая прохладный и влажный воздух. Огонек и Ловкач, дежурившие на крыше рулевой рубки, настороженно наблюдали за ним. Потом он пошел повидаться с Шафраной. Лун не любил Шафрану, как и она не любила его, но однажды они вместе попали в плен к сквернам, и это создало между ними некую связь. Что-то вроде того.

Он нашел ее на корме у ведра с водой – Шафрана оттирала с гребней пыль. Несколько островитян сидели неподалеку и зашивали прорехи в ткани, защищающей окна от непогоды, а на наблюдательном посту на мачте сидел Поток, так что Луну пришлось понизить голос.

— Нефрита в плохом настроении. Она тебе что-нибудь говорила?

Шафрана бросила на него свирепый взгляд.

— Мы останавливались, лишь чтобы поохотиться и поспать.

Лун стоял и ждал. Долго, стараясь не отводить взгляда, Шафрана зашипела.

— Ей не нравилось иметь дело с кишскими земными. – Она качнула шипами. – Только и всего. У кого бы после этого не испортилось настроение?

Лун не мог понять, пытается она сказать правду или быть хорошей воительницей и не пересказывать консорту сплетни о королеве. Он зашипел на нее и ушел.

Тогда он попытался найти Утеса, но тот так хорошо спрятался, как будто его и не было на лодке. Звон, Сумрак, Лоза, Душа и Толк вповалку спали в каюте. Сдавшись, Лун пошел к ограждению и оперся на него рядом с Ежевикой.

Ветерок нес лишь каплю прохлады сезона дождей и как шелк касался земной кожи Луна. Все остальные либо спали, либо наслаждались солнцем на крышах кают.

Нефрита явно несчастна с ним, и он боялся, что дело в его поведении, по всем меркам раксура не подобающем консорту. До сих пор Нефрита терпела его, потому что двор преследовали проблемы и там было не место консорту, неспособному самостоятельно позаботиться о себе. Но как раз перед тем как начались страшные сны и прибыл Каллумкал, дела пошли на лад. Может быть, Нефрита привыкла к тишине и покою, и это подорвало ее терпимость к консорту, который вечно напрашивается на неприятности.