Книга Гавани солнца, страница 170 – Марта Уэллс

— Ты полукровка, – сказала она.

Для нее это стало неожиданностью. Лоза в земном облике не отличалась от других арбор, а ее чешуйчатая форма сочетала черты сквернов и раксура. Но в чешуйчатой форме этого дакти ничего необычного не было.

— Как ты догадалась? – спросил дакти. Душа оскалилась в полной уверенности, что он поймет ее мимику. Нахмурившись, дакти опустил взгляд. – Я хотел сказать, на кого я похож? На тебя, наставницу?

Теперь Душа поняла.

— На арбора. – Она поколебалась. – Ты видел мало раксура?

— Вблизи мало, – ответил он. – Наш консорт, ваш консорт. Ваши воины. Синяя королева, золотая королева. Большая черно-зеленая королева. – При упоминании Малахиты он заметно вздрогнул. – Арборов – не видел, только совсем издалека. – Он опять отвел взгляд. – И тебя.

Королева сквернов пыталась забрать Луна в сел-Селатре. Малахита об этом рассказывала, но до сих пор это выглядело чем-то нереальным. В груди у Души рос комок гнева, такой мощный, что казалось, он исходит от самого ее тела, от ее связи с двором.

— Вы пытались забрать нашего консорта, – сквозь зубы выговорила она.

Дакти отпрянул и уставился на нее.

— Это была ошибка. Я ей говорил. Теперь она знает, – сказал он и добавил: – Она боялась, что без помощи мы не выживем.

Если Малахита чувствовала хоть десятую часть того, что сейчас Душа, непонятно, как она оставила королеву-полукровку в живых.

— Больше не совершайте таких ошибок, – сказала она.

— Раксура всегда злые, – отозвался дакти и попробовал чуть улыбнуться.

— Потому что существуют скверны, – сказала Душа.

Дакти молча посмотрел на нее и вздохнул.

— Я Первый.

Душа попыталась сообразить, к чему это, и не сумела.

— Что-что?

— Мое имя, – пояснил он. – Я – Первый, рожден первым. – Он поднял к ней взгляд. – Было тяжело, пока не появилась Отрада.

Душа сделала вдох, собираясь ответить – и слова разбежались. Видение поразило ее как удар в лицо.

Придя в себя, она увидела теплый солнечный свет и взволнованных дакти вокруг. Отрада стояла перед ней на коленях и указывала на встревоженного Первого, все еще сидевшего рядом с Душой.

— Что ты сделал? Скажи, – потребовала она.

— Он не виноват, – тяжело дыша, сказала Душа. – Я… я видела… У меня было видение.

Она сомневалась, что скверны знают что-либо о предвидении наставников. Никто из полукровок стаи, похоже, не унаследовал подобных способностей.

Они падали, и что-то огромное падало вместе с ними. Лед горел, огонь прожигал чешую, и ничто не могло его остановить.

— Грядет что-то жуткое. И там Толк. – Она ясно чувствовала его присутствие в видении. – И Нефрита тоже, и Утес, и Лун.

Дакти засуетились. Шипы Отрады яростно вздыбились.

— Кто еще? – спросил Первый. – Кто еще там был?

— Были воины, другие… – Яркое видение угасало. Она покачала головой. – Я не знаю, не знаю.

Отрада пристально смотрела на Первого. Он в ужасе сдвинул брови, отвечая на ее взгляд.

За спиной Отрады с глухим стуком приземлился дакти. Она вскочила и обернулась, остальные вздрогнули.

Новоприбывший дакти указал на восток. Отрада обернулась к остальным.

— Идут, – прошипела она.

Дакти рассыпались по местам, а Первый снова обратился в чешуйчатую форму. Душа чуть было не сменила облик с ним вместе, но вовремя сумела остановиться.

Отрада отошла, и Душа заметила в синем небе темные фигуры, летящие прямо к ним. Она вздрогнула и утерла лицо. Кожа вспотела, но холод пробирал до костей. Зато для прародительницы смятение Души будет выглядеть правдоподобно.