Книга Переиграть судьбу, страница 14 – Лана Лаврова

Камин в номере с настоящим живым огнём. Подтягиваю к нему пуфик и вытягиваю ноги. Как же хорошо!

Тепло меня разморило.

На прикосновение к своему плечу среагировала не сразу. Мару пришлось хорошо меня встряхнуть, вырывая из дремы.

В руках он держал резную шкатулку. От нее отчетливо веяло магией. Это и без дара Чтеца можно было ощутить.

Беру шкатулку и иду с ней к столу. Немного медлю перед открытием. Для использования дара надо успокоиться, а мои руки трясутся и дыхание перехватывает.

Странное предчувствие не даёт успокоиться.

Вдох. Закрываю глаза, тянусь к пульсирующей в районе груди Искре.

Выдох. Еще вдох и открываю глаза, одновременно приподнимая крышку.

Бусины. Те самые, цветные, нанизанные на прозрачную нить.

Хлопает входная дверь вырывая меня из оцепенения.

Бросить на пол. Растоптать. Главное — не брать в руки. Не прикасаться.

Касаюсь подрагивающими пальцами шеи. Дышать тяжело. Оттягиваю ворот платья и делаю глубокий вдох.

— Откуда они у вас? — Поворачиваю голову в сторону замершего у окна Мара. Он не отрывает взгляда от окна, кажется мыслями он совсем не здесь.

Яркие бусины нанизаны на тонкую нить. Еще не коснувшись их, ощущаю «мертвые» эмонации чужой магии. Очень сильные.

— Вы взяли их с мёртвого тела? Мне нужен ответ, Мар. Это очень важно.

Он так и не повернулся. Замечаю как напрягается его спина, пальцы сжимаются в кулаки.

— Я нашел ее слишком поздно. Ее искра уже потухла. Мастерская была разгромлена, все артефакты были уничтожены, кроме них. — Разворачивается и с ненавистью смотрит на бусины, отражающие в себе отблеск огня из камина. — Они были у нее во рту.

— Символично.

Ещё меньше хочется считывать с них информацию. Нет более сильных остаточных эмоций, чем посмертные. Как бы не зацепили.

— Почему символично?

Очень кстати вспомнился магистр Лерош и его лекция по методологии преступлений.

— Оставить что-либо во рту — своего рода предупреждение, что надо меньше болтать. Раз эти камни у вас, а не пылятся в архиве вещдоков законников, вы их им не показывали. Назревает вопрос: почему? — Мар упрямо молчал. Сверлил меня тяжёлым взглядом, поджав губы. — Напрашивается только один вывод: убитая занималась незаконной деятельностью. Поэтому вам и нужна помощь Чтеца. Магистр мог бы мной гордиться. Его лекции не прошли даром, я оказалась права в своих предположениях. Убитая была девушкой Мара, работала на теневой синдикат и в последние дни перед смертью вела себя очень нервно. Пугалась каждого шороха, боялась покидать дом, а в день смерти вообще заперлась в своей мастерской. Но и там ее достали.

Бусины были холодными, почти ледяными.

Для лучшего контакта сжала их в ладонях. Закрыла глаза, полностью отдалась своему дару.

В калейдоскопе эмоций ярко сквозил страх. Скорей он был похож на животный ужас.

— Как ее убили?

Я не чувствовала отголосков боли. Никаких. Так просто не бывает.

— Зарезали. Тогда ничего не понимаю. Меня бы уже накрыло отголосками боли, а я ощущаю только страх.

Погружаюсь еще глубже, хочу зацепить эмонации второго человека. Очень слабые, почти не могу уловить ни одной.

Кидаю бусины на стол, встряхиваю руками, сбрасывая напряжение. Еще одна попытка.

Хочу прощупать их с помощью внутреннего зрения. Я почти не практиковала такой способ, знала только в теории. Отключаюсь от всего. Дышу глубоко и медленно, погружая себя в подобие транса. Голова светлеет, тело почти не ощущается. Я пёрышко. Легкое и невесомое. Еще один вдох. Наполняю лёгкие воздухом до самых краев и резко выдыхаю. Перед глазами яркий фейерверк эмонаций. Ловлю тонкую нить насыщенного красного цвета.