Онлайн книга «Искатель, 2011 № 05»
|
Опустив взгляд, я увидел свой левый ботинок, точнее, только верхнюю его часть. Вся подошва моей обувки оказалась скрытой от глаз остатками свежего навоза. Совсем недавно то, в чем находилась сейчас моя нога, было довольно-таки приличной кучкой, но милицейская машина или машина спасателей как следует ее проутюжили. Обматерившись в полный голос, я неестественной походкой направился вниз, на поиски хорошего лопушка, чтобы с его помощью удалить с ботинка продукт лошадиной жизнедеятельности. Вы спросите, как я определил, что это была именно лошадь? Отвечу — по запаху... Место, где лежала опрокинутая «восьмерка», я облазил с фонариком в руке вдоль и поперек, буквально на коленях. И, разумеется, ничего не нашел. Да что, собственно, я мог там найти, когда не знал, что мне нужно. А следы, даже если и были здесь какие, теперь добросовестно затоптаны спасателями и гаишниками. Я поднялся с земли, отряхнул колени. Медленно стал подниматься к машине. Исходя из того, что было известно, я попытался воссоздать в своей голове события, происходившие после аварии. Итак, в салоне машины обнаружена кровь. Много крови. Это значит, Рюмина наверняка получила травму, и травму не легкой степени тяжести. Однако из машины, по словам Брисенькова, она выбралась сама, без посторонней помощи. Значит, находилась в сознании. Дальше ей нужно было выбраться из кустарника и добраться до проезжей части, чтобы остановить машину... Я посветил себе под ноги, пошарил лучом фонарика вокруг. На сырой земле, застеленной зеленым покрывальцем молоденькой травки, я не увидел ничего, что напоминало бы вмятины от высокого каблука. Ну, конечно! Она сняла обувь, чтобы подняться наверх. Вообще-то, она могла сломать оставшийся второй каблук, но я нигде не нашел его. И потом, неизвестно, были ли у нее силы, чтобы с этим каблуком справиться... Значит, будем считать, что она сняла обувь и к дороге шла босиком... А если у нее не хватало сил не только на то, чтобы справиться с каблуком, но и чтобы добраться до асфальта? Пытаться докричаться отсюда до того, кто сидит в салоне проносящегося автомобиля, бессмысленно. Стоп!.. Почему автомобиля? Я почти взлетел наверх и остановился у «проглаженной» лепешки. Посмотрел в ту сторону, куда светила фарами моя «старушка», — чисто. Лошади, в отличие от собак, умеют делать это... Я заглянул под днище машины — тоже ничего... Лошади, в отличие от многих других представителей фауны, делают это на ходу... Я скользнул лучом фонаря по асфальту сзади машины — пусто... В общем, они могут отправлять свои надобности не останавливаясь, но нигде на асфальте я не увидел больше ни следа навоза. Это значит, что лошадь стояла здесь какое-то время, и стояла она здесь сравнительно недавно. Возможно, еще до появления работников милиции, по крайней мере, мне очень хотелось, чтобы так оно и оказалось в итоге. Вздохнув, я полез в бардачок, где, сложенная в несколько раз, лежала подробная карта республики. На безрыбье и рак — рыба, думалось мне, а другими версиями на тот момент я не располагал. По какой-то случайной, непредвзятой иронии деревня называлась... Как бы вы думали?.. Она называлась Конь. Я остановил машину в чистом поле, километра за полтора до околицы. Побоялся сесть на мост на размытой дождями грунтовке, поэтому оставшуюся часть пути проделал пешком. С краю дороги местные жители успели натоптать более или менее сносную тропинку, по которой и маршировал ваш послушный подданный. Однако кромешная тьма сделала-таки свое черное дело, и время от времени мне приходилось останавливаться, чтобы стряхивать с ботинок увесистые комья добротного чернозема. Каким образом я их стряхивал? Я по-идиотски дрыгал ногами и молил Бога, чтобы Конь оказался именно той деревней, которую я искал. |